ДАЙДЖЕСТ ПРЕССЫ 05.07.2021 г.

ДАЙДЖЕСТ ПРЕССЫ 05.07.2021 г.

Ход посевной кампании на 2 июля (источник: портал ФГБУ Центр Агроаналитики / https://specagro.ru/)

Как сообщает «Центр Агроаналитики» со ссылкой на оперативные данные ведомственного мониторинга Минсельхоза России, на 2 июля 2021 года в целом в стране яровой сев проведен на площади 52 млн га, или 101,1% от прогнозного показателя (в 2020 году — 50,4 млн га).

В том числе в Южном федеральном округе яровой сев проведен на 5,7 млн га (106,1% от прогнозной площади), в Северо-Кавказском — на 1,8 млн га (104,1%), в Северо-Западном — на 386,3 тыс. га (88,8%), в Дальневосточном — на 1,8 млн га (82,4%), в Центральном— на 10,1 млн га (107,1%), в Сибирском — на 12,3 млн га (99,9%), в Уральском — на 4,3 млн га (98,4%).

Яровые зерновые культуры в целом в стране посеяны на площади 29,7 млн га, или 101,3% от прогнозного показателя (в 2020 году — 29,1 млн га).

В частности, пшеница посеяна на 13,1 млн га, или 103,4% от прогнозной площади (в 2020 году — 12,5 млн га), ячмень — на 7,4 млн га, или 96,6% (в 2020 году — 7,9 млн га), кукуруза на зерно — на 3 млн га, или 106,4% (в 2020 году — 2,9 млн га). Яровой рапс посеян на площади 1,4 млн га, или 111,4% (в 2020 г. – 1,2 млн га). Соя посеяна на площади 3 млн га, или 97,7% (в 2020 г. – 2,8 млн га). Рис посеян на площади 189,7 тыс. га, или 98,9% (в 2020 г. – 193,2 тыс. га).*

Подсолнечник посеян на площади на 9,2 млн га, или 107,1% (в 2020 году — 8,3 млн га).

Подкормка озимых зерновых произведена на площади 16,7 млн га, или 86% к площади сева озимых зерновых культур (в 2020 году – 15,3 млн га).

Сахарная свекла (фабричная) посеяна на 1 млн га, или 96,2% от прогнозной площади (в 2020 году — 932,2 тыс. га).

Лен-долгунец посеян на площади 42,2 тыс. га, или 88% к прогнозной площади.

Овощи в сельскохозяйственных организациях и крестьянских (фермерских) хозяйствах посеяны на 185 тыс. га, или 97,3% от прогнозной площади (в 2020 году — 174,4 тыс. га).

Картофель в сельскохозяйственных организациях и крестьянских (фермерских) хозяйствах посажен на 278,4 тыс. га, или 95,8% от прогнозной площади (в 2020 году — 280,6 тыс. га).

Доходы растениеводов пока в плюсе. Несмотря на сложности прошлого сезона, участники рынка смогли неплохо заработать (источник: портал Зерно Он-Лайн / https://www.zol.ru/)

Сезон-2020/21 стал непростым, но прибыльным для производителей продукции растениеводства. Хорошие цены на зерновые и масличные, а также высокий спрос на них позволили аграриям заработать больше, чем годом ранее: рентабельность была близка к рекордной. В новом сельхозгоду доходность снизится на фоне госрегулирования рынков и действия экспортных пошлин, а также роста затрат на средства производства

Сезон-2020/21 стал достаточно сложным для сельхозпроизводителей в целом и растениеводов в частности. В ряде регионов были неблагоприятные погодные условия, также отчасти влияли карантинные ограничения и очередное изменение агрогосполитики, связанное с контролем цен на продовольствие. Тем не менее по уровню доходности год оказался очень успешным. Так, по данным Росстата, рентабельность агросектора в 2020-м календарном году достигла 22,9% против 18,6% в 2019-м, в растениеводстве — около 37% (21,6% годом ранее). Несмотря на вмешательство государства в регулирование рынка, цены на агрокультуры держатся на высоком уровне, правда, производственные затраты тоже растут, но в полной мере влияние этого фактора в прошедшем сельхозгоду аграрии не ощутили.

Аграрии могли заработать больше

Прошедший сезон характеризовался хорошими ценами на зерновые и особенно на масличные агрокультуры, причем не только из-за высоких мировых цен. Дополнительным подарком для растениеводов стал валютный курс, благодаря которому стоимость их продукции в рублях была очень высокой, говорит гендиректор аналитической компании «ПроЗерно» Владимир Петриченко. «Эти два фактора в определенной степени нивелировали потери из-за ограничительных мер в виде пошлин на экспорт зерна и масличных. Таким образом, в целом сезон-2020/21 для аграриев был доходным и более прибыльным, чем предыдущий», — комментирует он.

Рентабельность растениеводства в целом по стране в прошедшем сельхозгоду выросла, однако по регионам, сегментам и хозяйствам ситуация сильно различается, говорит партнер компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов. «Самую высокую прибыль аграриям традиционно дают масличные, также активный экспортный спрос поддерживает хорошую маржинальность пшеницы», — комментирует он.

В целом завершившийся сезон для производителей зерна оказался достаточно хорошим: мировые цены были высокими, что транслировалось и на внутренний рынок, так что доходность аграриев оказалась весьма достойной, соглашается вице-президент Российского зернового союза Александр Корбут. Лидерами по росту цен были пшеница и кукуруза, стоимость ячменя также была хорошей. Значительные объемы производства в совокупности с высокими ценами позволили аграриям неплохо заработать на экспорте, добавляет он.

Рентабельность по всем агрокультурам в прошлом сезоне была близка к рекордной, но лучше всего ситуация обстояла с конъюнктурой масличных, в частности сои и подсолнечника, считает директор аналитического центра «СовЭкон» Андрей Сизов. «Наши прогнозы и по стремительному росту цен в начале сезона, и по их снижению во второй его половине, и по отскоку к концу сезона оправдались, — отмечает он. — Конечно, регулирование рынка отрицательно повлияло на цены, однако с учетом того, что основные продажи продукции растениеводства шли в первые две трети сезона, а влияние пошлин начало сказываться уже ближе к его концу, оно пока относительно невысоко». Тем не менее аграрии все равно недополучили значительный объем прибыли, добавляет эксперт. Изначально «СовЭкон» оценивал потенциальные потери на уровне 200 млрд руб., но по факту они окажутся ниже из-за уменьшения продаж. Однако эти потери будут перенесены на следующий сезон, обращает внимание Сизов, причем в случае сохранения пошлин в новом сельхозгоду и далее растениеводов ждут еще более серьезные потери.

Аналогичного мнения придерживается Корбут: поскольку основную часть сезона аграрии продавали продукцию по рыночным ценам, регуляторные меры со стороны государства не очень сильно повлияли на доходность производителей зерна. А вот в сезоне-2021/22 при условии продления пошлин рентабельность снизится, а значит, уменьшится стимул вкладываться в производство. «В июне, по нашим подсчетам, экспорт пшеницы составит более 1 млн т, при пошлине на уровне $28-29 за тонну производители недополучат $28 млн, — говорил эксперт тогда. — Это те деньги, которые они не будут вкладывать в технику, удобрения, семена. Хотя правительство обещает вернуть часть этих средств в виде субсидий, не вполне ясно, когда именно и кому». Конечно, если бы не было экспортных ограничений, сельхозпроизводители могли бы получить еще больше прибыли, соглашается Петриченко, добавляя, что пока непонятно, как дальше будет развиваться ситуация в растениеводстве, поскольку средства производства дорожают.

При этом если ранее предполагалось, что ограничение экспорта — временная мера, то сейчас звучат заявления о том, то что пошлины и квоты на продукцию растениеводства установлены не на один год и будут сохраняться, пока цены на мировом рынке остаются высокими, продолжает Корбут. «Так что это уже системная политика по сокращению доходов сельхозпроизводителей», — полагает он.

Однако если отраслевые эксперты считают, что введение экспортных пошлин может демотивировать аграриев и они будут сокращать производство на фоне падения доходности, то правительство считает иначе. Так, глава Минэкономразвития Максим Решетников в июне в интервью Financial Times говорил, что ограничения на экспорт — это ценовой «амортизатор», они призваны побудить отечественных производителей больше инвестировать в производство. «Это один из наших источников роста за счет добавления новых производственно-сбытовых цепочек — зерно подталкивает животноводство вперед, животноводство продвигает вперед молоко и так далее», — пояснял он. Решетников добавлял, что если цены продолжат расти, Россия может расширить меры по контролю экспорта, включив прямые ограничения экспорта и гибкие экспортные пошлины на некоторые товары.

Вице-премьер Виктория Абрамченко в интервью Reuters уточняла, что механизм плавающей экспортной пошлины на зерно будет действовать так долго, насколько будет сохраняться высокий спрос на продовольствие в мире. «Мы должны сохранить определенный объем зерна в стране при тренде наращивания несырьевого неэнергетического экспорта, — комментировала Абрамченко. — Пока существуют риски для мирового продовольственного рынка, существует ажиотажный спрос, который влечет за собой дефицит для внутреннего рынка и рост цен, решение правительства по пошлине будет сохраняться. Пусть мировая экономика восстановится».

Аграрии снова могут заработать на масличных

Осень прошлого года была не самой благоприятной для посева зерновых, однако мягкая зима и весна позволили говорить, что в 2021 году мы сможем собрать около 128 млн т зерна, из них 82 млн т пшеницы, отмечает Владимир Шафоростов из «НЭО Центра». Такой результат может стать одним из лучших в истории страны, подчеркивает он. Хотя посевная кампания из-за не самых благоприятных погодных условий затянулась, в ряде хозяйств были засеяны рекордные площади. «Так, посевы подсолнечника в 2021 году превысили 9 млн га. Если брать среднюю урожайность в 16,8 ц/га, то это позволит собрать очень хороший урожай — более 15 млн т, — оценивает Шафоростов. — Ожидается, что большая часть этого урожая пойдет на переработку внутри страны, поэтому прогнозируется рекордное производство и экспорт подсолнечного масла. Высокие цены на масличные и растительные масла на мировых рынках позволят сельхозпроизводителям хорошо заработать на выращивании этих агрокультур».

Подсолнечник в топе по доходности

Сами сельхозпроизводители говорят, что прошедший сезон сложился для них в целом успешно, несмотря на действия правительства по сдерживанию роста цен. Для «Агрокомплекса» им. Н. И. Ткачева наиболее маржинальными стали пшеница, масличный и кондитерский подсолнечник. «По зерновым уровень цен напрямую зависел от повышательной мировой рыночной конъюнктуры (рост спроса, дефицит предложения в связи с пандемийными ограничениями). Драйвером роста по масличной группе стали рекордная мировая цена на подсолнечное масло и низкая урожайность из-за засухи 2020 года», — поясняет представитель компании. В среднем прибыль с гектара по пшенице составила 29,2 тыс. руб. против 23,1 тыс. руб. годом ранее, по товарному подсолнечнику — 41,7 тыс. руб. (22 тыс. руб.), по кондитерскому — 76,3 тыс. руб. (33,1 тыс. руб.). Прибыль по яровому ячменю выросла почти вдвое — с 13,8 тыс. руб. до 26,3 тыс. руб. Такая динамика доходности была абсолютно ожидаема на фоне ситуации со снижением урожайности, говорит представитель компании.

У холдинга «АгроГард» лидером по доходности стал подсолнечник — 114-155 тыс. руб./га в зависимости от региона. Самую низкую доходность показал ячмень — 34-61 тыс. руб./га, рассказывает гендиректор компании Павел Царев. «Отклонения в доходности объясняются различиями в урожайности, на которую повлияли экстремальные погодные условия в регионах ЦФО, и наиболее критичные в Краснодарском крае, — уточняет он. — Существенное влияние на доходность подсолнечника и сои оказал ценовой фактор: рыночная конъюнктура имела положительную динамику».

«Прогресс Агро» (прежнее название — «Кубань», группа компаний основана Олегом Дерипаской) традиционно получает наибольший доход от продажи пшеницы, однако в прошлом сезоне компания хорошо заработала на подсолнечнике и сое, поскольку цены на них выросли в два раза, говорит директор по растениеводству Дмитрий Дубовиков. «В прошлом году при сильной засухе, которая началась весной и продолжилась летом, мы получили сравнительно неплохую урожайность почти по всем агрокультурам. Так, сбор с гектара озимого ячменя составил 61,9 ц, пшеницы — 58,1 ц, кукурузы на зерно — 57 ц, товарного подсолнечника — 31 ц, кондитерского — 21,8 ц, сои — 21,4 ц», — перечисляет он.

У группы «Сюкден» в целом ситуация была очень положительной благодаря хорошей стоимости почти всех агрокультур и высокому урожаю в ЦФО и ПФО. Самыми прибыльными стали пшеница и подсолнечник, делится финансовый директор компании Глеб Тихомиров. Однако все это не относится к Югу, где из-за засухи валовой сбор всех агрокультур у «Сюкдена» был очень плохим и деятельность по итогам сельхозгода оказалась бесприбыльной, добавляет он. «Мы не ожидали резкого роста цен на зерно и на подсолнечник. В то же время подорожание сахарной свеклы в некоторой степени было прогнозируемо», — комментирует топ-менеджер.

Участники рынка подтверждают, что меры госрегулирования рынка пока почти не повлияли на их доходность. По словам Царева, «АгроГард» продал основной объем продукции до конца финансового года, часть, в том числе кукурузу, — в первом квартале 2021-го. Решение о переносе продаж на следующий год было принято после резкого падения стоимости кукурузы в декабре 2020-го, поясняет он. В результате компания получила за агрокультуру цену выше средней, сложившейся в регионе производства.

«Вмешательство государства уменьшило доходность пшеницы и масличных агрокультур. В то же время, поскольку экспортные пошлины были введены после того, как большая часть урожая была реализована, их влияние на доходность имело ограниченные последствия, — соглашается Тихомиров. — Сейчас мы исходим из того, что пошлина на зерно сохранится по крайней мере на весь сезон-2021/22».

Перспективы сахарной свеклы

По данным Росстата, в 2020 календарном году рентабельность сахарной свеклы превысила 55%, по этому показателю агрокультура стала одной из самых прибыльных. Однако ведущий эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Евгений Иванов говорит, что в сезоне-2020/21 доходность сахарной свеклы была не выдающейся на фоне прошлых лет. «Это видно по тому, что многие независимые производители в этом году не увеличили посевы агрокультуры, а некоторые даже снизили их, — комментирует он. — Конечно, такая тенденция не наблюдалась у предприятий с собственными перерабатывающими мощностями, а также у хозяйств, заключивших долгосрочные договоры с сахарными заводами. Эти две категории компаний не уменьшили площади под сахарной свеклой, напротив, часть из них расширили посевы». По данным Минсельхоза на 11 июня, агрокультура заняла чуть более 1 млн га, или 96,2% к прогнозной площади.

Осенью 2020-го сахарные заводы покупали свеклу из расчета, что цены на сахар в опте будут составлять 42-45 руб./кг, продолжает Иванов. Поэтому заработать на ней смогли даже те аграрии, у которых была невысокая урожайность из-за засухи — на Юге и в Центре. Однако в декабре на фоне восстановительного роста цен на сахар и подсолнечное масло правительство заключило соглашения с производителями и торговыми сетями, согласно которым сахарные заводы должны были на срок до 1 апреля зафиксировать цены реализации на уровне 36 руб./кг. Затем действие соглашения по сахару было продлено до 1 июня, однако и после этой даты негласно продолжило действовать. «Конечно, в таких условиях независимые растениеводы в ближайшие годы вряд ли будут серьезно задумываться о выращивании сахарной свеклы, так как понимают, что переработчики не смогут покупать ее дорого», — говорит Иванов.

Несмотря на поздний сев, Иванов прогнозирует хороший урожай агрокультуры, который позволит выпустить более 6 млн т сахара. «Что касается цен, то вполне возможно, что летом сахар может немного подорожать, а в четвертом квартале его стоимость сезонно снизится, — считает эксперт. — Важно понимать, что в сопоставлении со странами Евразии и Африки оптовые цены на сахар в России в сезоне-2020/21 без НДС не показывают никаких сверхвысоких уровней. Сохранение государственного ценового прессинга будет сильно ограничивать рентабельность свеклы и сахара и сокращать поток инвестиций и финансирования — многие проекты модернизации в отрасли поставлены на паузу или отложены в долгий ящик».

Нетипичный пересев

После того, как правительство приняло решение ввести экспортные пошлины на зерновые и масличные, многие отраслевые аналитики допускали, что эта мера может негативно отразиться на проведении весеннего сева, в частности, они не исключали, что аграрии могут сократить площади под яровой пшеницей. Однако этого не произошло. По данным Минсельхоза на 11 июня, агрокультура была посеяна на 13 млн га, что на 2,8% больше, чем планировало ведомство. Также на 6,3% до 3 млн га увеличились площади под кукурузой.

Гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько в начале июня прогнозировал, что посевы кукурузы могут стать рекордными за всю историю России. Также он ожидал рекордного сева подсолнечника — 9,5 млн га, что на 1 млн га больше, чем в прошлом году. К 11 июня агрокультурой было занято 9,1 млн га, или 106,7% к прогнозной площади. Рекордный сев ярового рапса (на 11 июня — 1,4 млн га, или 110,7% к прогнозу), по словам Рылько, связан, во-первых, с тем, что в России научились его выращивать, во-вторых (и это основной фактор), цены на эту агрокультуру держатся на очень высоком уровне уже три сезона подряд. Это, в свою очередь, связано с низкими урожаями рапса в Европе, где его используют для производства биодизеля. Третий фактор — высокий спрос Китая на сибирский рапс.

В ходе посевной кампании под урожай 2021 года произошло много необычных событий, комментирует Владимир Петриченко. Осенью было посеяно рекордное количество озимых — 19,3 млн га зерновых. «Однако вместе с тем произошла очень серьезная гибель озимых, по нашим оценкам, она превысила 10% от посевной площади, хотя данные Минсельхоза и Гидрометцентра несколько скромнее — на уровне 8-9%, — рассказывает эксперт. — Замещение выбывших озимых было нетипичным. Совершенно очевидно, мы увидим рекордные посевы подсолнечника, сои, рапса, льна». Рапс и лен аграрии, в основном в Сибири, сеют вместо яровых зерновых и погибших озимых зерновых из-за высоких пошлин на них, поясняет он. К тому же цены на масличные достаточно высокие, что создает дополнительный стимул для наращивания площадей. В европейской части страны, в частности в Черноземье, сеется достаточно много яровой пшеницы, чего обычно в этом регионе не делается, обращает внимание Петриченко. 

В Центральном федеральном округе яровая пшеница занимает рекордные 1,4 млн га (в 2020-м — чуть больше 1 млн га) — такого не было 30 лет, отмечает Рылько. «Это свидетельство того, что с озимой пшеницей в Центре произошла катастрофа. В Тамбове, Липецке, Воронеже потери составляют десятки процентов, и происходит пересев многими агрокультурами, в том числе пшеницей», — отметил он.

Говоря о рекордно высоких темпах сева пшеницы, стоит учитывать пересев порядка 1,7 млн га озимой пшеницы и ячменя преимущественно в ЦФО и Волгоградской области, вторит ему начальник Южного филиала «Центра агроаналитики» Оксана Щербина. «Тамбовская, Воронежская, Белгородская, Липецкая, Волгоградская области пересевали погибшие посевы преимущественно пшеницей. В этих регионах урожайность озимой пшеницы зачастую на 8-10 ц/га выше, чем яровой, — сравнивает она. — Очевидный вопрос — сможет ли за счет пересева ЦФО собрать урожай, сопоставимый с прошлогодним?».

Холдингу «Агротех-Гарант» (Воронежская и Белгородская области) в этом году весной наряду с основным севом пришлось пересеять 70% озимых, которые погибли из-за того, что осень была сухой, а зима — морозной и малоснежной. Погибшие озимые пересеяли яровой пшеницей, ячменем, кукурузой, соей, говорит президент компании Сергей Оробинский.

«Агрокомплекс» им. Н. И. Ткачева выполнил все намеченные планы, однако сроки сева из-за погодных условий сместились почти на месяц. Общая площадь яровых составила 247,6 тыс. га, что примерно соответствует прошлогодним показателям. «Существенного перераспределения посевов не произошло, сахарная свекла заняла 41,4 тыс. га, подсолнечник — 58,6 тыс. га, соя — 39,3 тыс. га, кукуруза на зерно — 39,3 тыс. га, рис — 29,5 тыс. га», — приводит данные представитель компании. Общая сумма затрат на посевную составила 6,24 млрд руб. — на 470 млн руб. больше, чем годом ранее, что в первую очередь связано с удорожанием семян и химических средств защиты растений, добавляет она.

«АгроГард» планово провел озимый сев под урожай 2021 года, однако в связи со сложностями перезимовки и погодными особенностями весны (аномально высокие температуры) часть площадей была пересеяна и отремонтирована, в целом по холдингу — 5%. Набор возделываемых агрокультур остался прежним: озимая и яровая пшеница, озимый и яровой ячмень, кукуруза на зерно и силос, соя, подсолнечник и кормовые, перечисляет Царев. «Затраты на посевную остались на среднегодовом уровне в пределах плановых бюджетных показателей, поскольку основные ресурсы — удобрения, семена, средства защиты растений и ГСМ — мы закупали заранее и в межсезонье до существенного повышения цен», — говорит он.

У группы «Сюкден» посевная подорожала незначительно — менее чем на 10%, поскольку многие удобрения, гербициды и прочие средства производства были закуплены до резкого роста цен на них. «В целом сев прошел в очень хороших условиях, но из-за сильных дождей с некоторым отставанием, — делится Тихомиров. — Структура посевов осталась примерно такой же, как в прошлом году, только немного увеличились площади под сахарной свеклой».

У «Прогресс Агро», по предварительной оценке, стоимость весеннего сева выросла на 20% относительно прошлого года из-за повышения цен на импортные семена и средства защиты растений. Компания пытается нивелировать удорожание, увеличивая долю используемых отечественных ресурсов, говорит Дубовиков.

Яровой сев компания провела на всей запланированной площади — 42,5 тыс. га, при этом работы растянулись до конца мая и проходили в «рваном ритме» из-за затяжных весенних дождей. В том числе сахарная свекла заняла 12 тыс. га, подсолнечник — более 7,3 тыс. га, кукуруза — 8,5 тыс. га, соя — свыше 12 тыс. га. При этом соотношение масличного и кондитерского подсолнечника изменилось в сторону увеличения последнего почти в два раза. «Мы надеемся выгодно продать кондитерский подсолнечник, который стабильно пользуется спросом», — говорит Дубовиков, добавляя, что экспортные пошлины на масличные сегодня очень высоки.

Хотя семена сахарной свеклы легли в увлажненную, достаточно прогретую почву, что даст хороший рост, агрономы «Прогресс Агро» прогнозируют ряд рисков. «Необходимо учитывать, что поздний сев сахарной свеклы, смещенный почти на месяц, удлинит ее уборку до конца ноября, что усложнит сохранность агрокультуры, — рассказывает Дубовиков. — При этом есть риск недополучить урожай сахарной свеклы, то есть она просто не успеет дозреть. Также возможен низкий выход сахара, тем более если и летом будут идти обильные дожди».

Прибыльная гречиха

По итогам 2020 года средняя цена гречихи у производителей составила почти 27,5 тыс. руб./т, тогда как в 2019-м она была на уровне 13,8 тыс. руб./т. Как следует из данных Росстата, гречиха стала одной из самых рентабельных агрокультур — почти 65% против 0,3% в 2019-м. Если накануне начала текущего крупяного сезона (сентябрь-2020/август-2021) стартовые цены на гречиху в регионах-производителях формировались на уровне 28-30 тыс. руб./т, то к февралю цены спроса крупозаводов достигали 39-40 тыс. руб./т, при этом переработчикам пришлось конкурировать за сырье с экспортерами. На фоне роста внутреннего спроса и активного вывоза гречиха и гречка дорожали, что в итоге привело к запрету их экспорта с 5 июня по 31 августа.

Сдержанный оптимизм по урожаю

Погода в ближайшие недели — ключевой фактор для урожая-2021, говорила в середине июня Щербина. «В южных регионах необходима погода без высоких температур с учетом достаточного уровня осадков в последние месяцы, а в регионах Приволжья и Сибири — дожди», — уточняла она. На тот момент условия для агрокультур в большинстве регионов были благоприятными. Однако продолжали вызывать опасение ряд регионов Поволжья и Сибири — основные производители яровой пшеницы, где наблюдалась нехватка почвенной влаги. «В целом мы придерживаемся оптимистичного сценария для урожая зерновых в 2021 году, несмотря на проблемы сева озимых и их гибели, — говорит Щербина. — Вполне возможно, что часть регионов ЦФО, которые в меньшей степени пострадали после зимы, а также регионы Юга соберут больше зерна, чем в прошлом году. Это позволит компенсировать снижение производства яровых в ПФО и СФО из-за дефицита осадков».

И с озимыми, и с яровыми есть сложности, так как в ряде регионов были существенные потери озимых, задержка сева яровых, где-то засуха и очень высокие температуры, перечисляет Корбут. При этом посевные площади сохранились на высоком уровне — пока еще аграрии не сократили их из-за госрегулирования. «В целом, по нашей оценке, урожай зерна в этом сезоне будет средним — 125-127 млн т, однако многое будет зависеть от погоды», — прогнозировал он в первой декаде июня.

По прогнозу «СовЭкона» на 11 июня, валовой сбор пшеницы может составить 82,4 млн т, предыдущая оценка аналитиков центра была на 1,5 млн т ниже. Пересмотр был связан с улучшением погодных условий для нового урожая в мае, особенно на Юге страны, а также в Центре и Поволжье, сообщало агентство Reuters. ИКАР 10 июня повысил прогноз урожая пшеницы на 2 млн т до 82 млн т также на фоне улучшения ситуации на юге и в центре страны. 4 июня Дмитрий Рылько говорил, что производство кукурузы в этом году может достигнуть рекордных 15,2 млн т, подсолнечника — почти 16 млн т, сои — 4,8 млн т, рапса — 2,7 млн т (2,57 млн т). Аналитический центр «Русагротранса» в этот период прогнозировал урожай зерна на уровне 128,5 млн т, включая 82 млн т пшеницы. Согласно базовому прогнозу Минсельхоза, валовой сбор составит 127,4 млн т, в том числе 81 млн т пшеницы.

Сельхозпроизводители в целом позитивно оценивают виды на урожай, однако сходятся во мнении, что многое будет зависеть от дальнейших погодных условий. «Агрокомплекс» им. Н. И. Ткачева ждет увеличения производства озимых зерновых, тогда как перспективы по яровым в середине июня оценивать было рано — агрокультуры только взошли. «Прогресс Агро» также рассчитывала на рост урожайности пшеницы до 70-75 ц/га. «С климатической точки зрения пока все идет очень хорошо, но мы не ожидаем повторения рекордных урожаев зерна в ЦФО и ПФО в этом году, тем более что было много пересева, — говорил тогда же Тихомиров из «Сюкдена». — В то же время в Краснодарском крае погодные условия идеальные, и виды на урожай пока очень хорошие».

Агрофирма «Прогресс» (Краснодарский край) закончила посевную в конце мая, хотя обычно она длится до 1 мая. «Особенность этого года — обилие осадков, чего в нашем регионе давно не было, — прокомментировал гендиректор компании Александр Неженец. — Ожидания по урожаю у нас оптимистичные: озимые рапс, ячмень и пшеница выглядят хорошо, посевы сои и кукурузы в отличном состоянии, состояние посевов сахарной свеклы тоже обещает хороший урожай».

На Юге состояние зерновых особого беспокойства не вызывает, соглашался Царев, правда, есть опасения по сахарной свекле, поскольку она была посеяна на месяц позже. «Делать какие-либо прогнозы для регионов ЦФО еще рано, все покажет погода», — добавлял он. Оробинского в начале июня волновало состояние глубоких слоев почвы, в которой почти не было влаги. «Если периодичность весенне-летних осадков сохранится, то можно рассчитывать на среднестатистический урожай. Если погода будет сухой, то у влаголюбивых агрокультур, таких как подсолнечник и сахарная свекла, будут проблемы», — говорил он.

Рынок готовится терять прибыль

Что касается доходности растениеводов в сезоне-2021/22, то аналитики в основном сходятся во мнении, что стоит ждать снижения показателей: в полной мере начнет сказываться эффект экспортных пошлин. Хотя аграрии настроены несколько более оптимистично. «В новом сезоне мы увидим в целом более низкие цены из-за их регулирования государством, — считает Сизов. — На старте сезона мы прогнозируем серьезное падение цен на подсолнечник и продукты его переработки. Мы рекомендуем обратить внимание на сою и не спешить с ее продажей: ее стоимость будет оставаться выше мирового рынка. Неплохо может стоить рапс». При этом в рублях цены на все агрокультуры даже в начале сезона будут выглядеть неплохо, однако только до того момента, когда аграрии начнут считать стоимость посевной под урожай 2022 года, которая серьезно вырастет — возможно, на 100% и более, добавляет эксперт.

«Посмотрим, как будут обстоять дела с севом озимых: цены на удобрения идут вверх, однако их пока никак не регулируют. Остальные ресурсы тоже подорожали, так что доходы уменьшаются, а затраты растут, то есть налицо дестимулирование производства», — соглашается Александр Корбут. Что касается цен, то, по его мнению, на зерновые, в частности на пшеницу, в первой половине сезона они уже не будут такими же высокими, как в ушедшем сельхозгоду. Поскольку мировой рынок растительных масел идет вниз, вероятно, что и маслосемена будут дешеветь, однако ситуация на рынке как масличных, так и зерновых может достаточно быстро и резко поменяться, допускает он. «В целом в новом сезоне, по нашим прогнозам, масличные будут стоить несколько меньше, чем в 2020/21-м, однако все равно они будут доходными, — считает Владимир Петриченко. — А вот мировые цены на зерновые могут быть выше, чем в прошедшем сезоне».

Условия на мировом зерновом рынке в последние годы изменились. Крупнейший потребитель зерна в мире — Китай наращивает свои аппетиты, чем видоизменяет структуру мирового зернового баланса, обращает внимание Щербина. Последствия ограничений из-за пандемии и стремление многих стран к самообеспеченности предопределяют рост мировых цен на сырьевых рынках, в том числе на сою, кукурузу и пшеницу. Внутри России спрос на кормовые агрокультуры, а также продовольственное зерно тоже повышается. При этом большая часть птицефабрик и животноводческих комплексов сконцентрирована преимущественно в центральной части страны, где в этом году пока остаются вопросы по урожаю из-за пересева, рассуждает она.

Каждый сезон уникален, и каждый раз на цены влияют разные факторы. По словам Дмитрия Рылько, в прошедшем сельхозгоду цены на пшеницу двигали вверх бразильская и американская кукуруза. «Кукуруза на мировых площадках стоит очень дорого, и логика менеджеров простая: если вверх идет фуражная кукуруза, то продовольственная пшеница никак не может стоить дешевле, она должна стоить по крайней мере столько же», — объяснял он.

По словам Оробинского, в условиях государственного регулирования цен, которое «больше похоже на продразверстку», их трудно прогнозировать. «Мы ожидаем снижения закупочных цен по всем основным агрокультурам. Позволит ли нам экономика существовать с ценами, которые хотело бы видеть правительство на выходе, сказать сложно, — рассуждает он. — По целому ряду статей наши затраты выросли в разы и продолжают повышаться. В частности, цены на азотное удобрение карбамид увеличились почти в два раза: осенью прошлого года мы покупали его по 17 тыс. руб./т с НДС, весной этого года — уже по 27-29 тыс. руб./т, а в июне предполагается дополнительный рост. И так по многим статьям затрат». Государственное регулирование цен в одностороннем порядке вносит дополнительную нервозность в стратегию развития предприятий, не способствует развитию рыночных отношений и ни к чему хорошему не приведет, считает он.

В прошлом году удорожание пшеницы помогло нивелировать фактор инфляции, однако в условиях введения пошлины аграрии несут потери, говорит Александр Неженец. «Сейчас аммофос мы закупаем за 53 руб./кг с завода, а в прошлом году его стоимость с доставкой составляла 27,2 руб./кг, — сравнивает он. — Также на 70% подорожали КАС, селитра, карбамид». Что касается цен на продукцию растениеводства, то на масличные они находятся на хорошем уровне из-за возросших цен на масло, отмечает руководитель, добавляя, что надеется на их сохранение на таком уровне и в начале нового сезона. «Цены на пшеницу высокие, однако из-за пошлины мы теряем часть своей доходности. По нашим прогнозам, цены на пшеницу нового урожая на FOB будут сопоставимы с теми, что мы наблюдали на старте прошлого сезона — 15 тыс. руб./т, — говорит Неженец. — Аналогично могут вести себя цены на кукурузу и ячмень. Стоимость сахарной свеклы и сои, по нашим расчетам, тоже будет неплохой».

На цены всегда влияет зерновой баланс, напрямую зависящий от погодных условий и переходящих запасов, а сейчас еще и от действий регулятора, говорит Царев. Если рассматривать ожидания от мировой конъюнктуры, то также нужно учитывать погоду и виды на урожай в основных зернопроизводящих странах, а также фактор Китая, добавляет он. «Доходность будет определяться спросом. Вероятен рост спроса на сою, по зерновым спрос, вероятно, останется на уровне среднемноголетних значений», — уточняет гендиректор «АгроГарда». Тихомиров считает, что в новом сезоне самыми прибыльными будут сахарная свекла, подсолнечник и пшеница. «Сюкден» рассчитывает, что цены на свеклу в ЦФО будут на уровне 3,5 тыс. руб./т, на пшеницу — 14 тыс. руб./т.

Гендиректор «Паритет Агро» (входит в «Прогресс Агро») Дмитрий Попов говорит, что предварительно компания ожидает, что недополучение прибыли из-за действия плавающей пошлины составит 3-4 тыс. руб./т в зависимости от агрокультуры при курсе доллара 72 руб./$1. При этом он считает, что вероятность обратного субсидирования сельхозпроизводителей (механизм демпфера) ничтожно мала. Цены на пшеницу, по прогнозу компании, составят 17-17,8 тыс. руб. в Новороссийске, на кукурузу и ячмень — на уровне 12 тыс. руб./т. «Снижение доходности произойдет по всем агрокультурам, на которые введены экспортные пошлины», — считает Попов. Основную прибыль компания планирует получить по продукции, которая не попала под госрегулирование (кондитерский подсолнечник, мука, свекловичный жом).

«СовЭкон» рекомендует всем участникам рынка еще раз осмыслить существующие пошлины, которые защищают потребителей от роста цен на 70%. «Для сельхозпроизводителей в таких условиях политика придерживания урожая и ожидания лучшей цены не будет работать, так как при действующих пошлинах они будут получать только 30% от роста цены на мировом рынке, — акцентирует Сизов. — Надеюсь, что хотя бы в новом сезоне власти поймут, что при текущем госрегулировании рентабельность растениеводов стремительно испарится, что чревато скорым падением производства, и задумаются об отмене пошлин».

Картофель стал привлекательнее

По оценке Картофельного союза, сезон-2020/21 сложился достаточно успешно для картофелеводов, несмотря на сложности, связанные с нехваткой рабочей силы из-за карантинных ограничений, а также ростом цен на удобрения и СЗР. По итогам 2020 года средняя цена реализации картофеля составила почти 15 тыс. руб./т — на 2,5 тыс. руб./т дороже, чем годом ранее. В первом квартале 2021-го средняя цена поднялась до 16,8 тыс. руб./т против 13,3 тыс. руб./т в аналогичный период 2020-го. Рентабельность агрокультуры, согласно Росстату, в 2020 году превысила 17%, тогда как в 2019-м была на уровне 7%. На этом фоне посадки картофеля в этом году расширятся примерно на 10 тыс. га в товарном секторе.

Еда будущего: почему будет расти рынок растительного мяса и молока (источник: портал Зерно Он-Лайн / https://www.zol.ru/)

О тенденциях и перспективах рынка растительной продукции в России и в мире, ее пользе для здоровья человека и для экологии планеты в интервью РИА Новости рассказал генеральный директор одной из крупнейших компаний в пищевом секторе страны ГК "Эфко" Евгений Ляшенко.

- Растительное мясо уже в перспективе ближайшего десятилетия, согласно вашим данным, может стать новым лидером по выручке и доходности? На чем основываются такие смелые прогнозы? -

Ключевым фактором развития индустрии является кратное повышение спроса на растительную продукцию, обусловленное ростом численности население земли и запросом на здоровое питание. Формируются новые тренды на осознанное потребление продукции, производство которой не вредит планете. Здоровый образ жизни из "модного" превращается в устойчивый тренд. Ведь переход на продукты растительного происхождения позволяет скорректировать рацион в пользу полезного без изменения пищевых привычек. Я уже не говорю про широкое применение медикаментов для ускоренного лечения животных, которые вызывают у населения повсеместную резистентность к антибиотикам.

Ну, и конечно, важный фактор, который в перспективе будет выражаться в политических решениях – это борьба за экологию и бережное использование природных ресурсов, в том числе кратное сокращение карбонового следа. Так, например, производство одного килограмма растительного мяса требует в 14 раз меньше земли, в десятки раз меньше воды, в 8 раз становится меньше углеродный след. Таким образом, мы сейчас с вами становимся свидетелями того, как закладывается фундамент для создания новой высокотехнологичной отрасли - еды будущего.

Еда будущего: почему будет расти рынок растительного мяса и молока 11:43 05.07.2021 (обновлено: 12:29 05.07.2021) 90 © РИА Новости / Илья Питалев Перейти в фотобанк Читать ria.ru в   О тенденциях и перспективах рынка растительной продукции в России и в мире, ее пользе для здоровья человека и для экологии планеты в интервью РИА Новости рассказал генеральный директор одной из крупнейших компаний в пищевом секторе страны ГК "Эфко" Евгений Ляшенко.

- Растительное мясо уже в перспективе ближайшего десятилетия, согласно вашим данным, может стать новым лидером по выручке и доходности? На чем основываются такие смелые прогнозы? -

Ключевым фактором развития индустрии является кратное повышение спроса на растительную продукцию, обусловленное ростом численности население земли и запросом на здоровое питание. Формируются новые тренды на осознанное потребление продукции, производство которой не вредит планете. Здоровый образ жизни из "модного" превращается в устойчивый тренд. Ведь переход на продукты растительного происхождения позволяет скорректировать рацион в пользу полезного без изменения пищевых привычек. Я уже не говорю про широкое применение медикаментов для ускоренного лечения животных, которые вызывают у населения повсеместную резистентность к антибиотикам.     Ну, и конечно, важный фактор, который в перспективе будет выражаться в политических решениях – это борьба за экологию и бережное использование природных ресурсов, в том числе кратное сокращение карбонового следа. Так, например, производство одного килограмма растительного мяса требует в 14 раз меньше земли, в десятки раз меньше воды, в 8 раз становится меньше углеродный след. Таким образом, мы сейчас с вами становимся свидетелями того, как закладывается фундамент для создания новой высокотехнологичной отрасли - еды будущего. 9 апреля, 12:51 В России подорожает майонез? Аналитик назвала возможные сроки

- Вы говорите, что ГК "Эфко" претендует на звание хедлайнера отрасли растительной продукции, как бы вы нарисовали ее портрет? 

- В прошлом году мы стартовали с производства одного вида продукции из растительного мяса. На текущий день у нас в ассортименте - более 10 видов: в масс-маркете уже появились бургеры и наггетсы из растительного сырья. Рост объемов вызван повышением спроса, который опережает наши самые смелые прогнозы. Сейчас на рынке растительного мяса и молока действуют фактически две группы игроков. Первые – энтузиасты, глубоко увлеченные идей отказа от животной пищи, для них это является важнейшей гуманитарной ценностью, и потому такие стартапы преимущественно достигают успеха, объединяя вокруг себя увлеченных общей идеей людей. Они производят отдельную продукцию для узкого сегмента рынка. Второй важной группой являются крупные компании, в основе стратегии которых лежат цели устойчивого развития ООН. К таким компаниям как раз и относится "Эфко". Предполагаю, что в ближайшее время в России появятся свои "единороги", а такие компании как СБЕР и "Яндекс" направят свои взоры в сторону персонализированного питания. Не исключено, что будут созданы специализированные приложения для формирования индивидуальных заказов: производители смогут создавать продукты питания с необходимым количеством микроэлементов под каждую отдельную группу покупателей.

  - Ковид заставил всех задуматься о здоровье. Появляются ли у потребителей новые тенденции, направленные на здоровое питание?

- Мы проводили маркетинговые исследования в период пандемии. Цифры четко говорят: появился запрос на изменение ассортиментной матрицы в сторону увеличения продуктов на растительной основе с дополнительной питательной ценностью, которые относятся к "зеленой полке". Наши данные свидетельствуют, что сформировался тренд на осознанное потребление: покупатели, делая выбор, начинают читать данные упаковки и изучать состав продукции.

- Как компания работала в период пика пандемии? Лично вы прививались от коронавируса, и будете ли вводить обязательную вакцинацию сотрудников?

- Поскольку мы производители социально значимых продуктов питания, наше производство работало на полную мощность. Даже с учетом того, что наши предприятия имеют высокую степень автоматизации, пандемия дала толчок для внедрения роботов на производстве.   Как только вакцина стала доступной, я принял решение о вакцинации. Я считаю, что российские ученые сделали огромное научное открытие. Одной из наших ключевых корпоративных ценностей является ответственное отношение к коллегам, поэтому большинство сотрудников прошли или сейчас проходят вакцинацию.

- А как следование принципам здорового питания соответствует активной политике "Эфко" по импорту пальмового масла, столь непопулярного в России?

- Начнем с того, что пальмовое масло – одно из самых распространенных растительных масел, используемых для питания во всем мире. И для этого есть основания. Пальмовое масло - один из столпов мировой продовольственной безопасности, оно интересно с точки зрения своей ресурсности и рациональности использования. Например, 1 гектар масличной пальмы дает в 7-10 раз больше масла, чем гектар подсолнуха, сои или рапса. Кроме того, это масло обладает полутвердой консистенцией, что позволяет использовать его без модификаций. И оно практически незаменимо при производстве кондитерских изделий, как раз в силу своей твердости. Согласно данным ВОЗ, применение пальмового масла в пищевой индустрии во всем мире позволило снизить уровень вредных транс-изомеров жирных кислот практически до нуля. Трансизомеры возникают в результате гидрогенизации масла и вызывают опасные для здоровья холестериновые бляшки.   Действительно "Эфко" импортирует пальмовое масло для производства пищевых ингредиентов. Однако оно не используется в чистом виде, мы его перерабатываем, смешиваем с другими маслами, производим сложные жиры, сбалансированные по жирнокислотному составу. Кроме того, пальмовое масло завозят в страну в соответствии с требованиями международного пищевого кодекса Алиментариус, и мы прослеживаем его от плантации до завода. Никаких разговоров о якобы техническом пальмовом масле быть не может, это вообще надуманный термин. Развитие науки и приборной базы позволяет выявлять новые пищевые угрозы и разрабатывать технологии для их устранения. Один из таких рисков - найденные во всех растительных маслах глицидиловые эфиры. Они всегда находились в жирах, просто из-за малых количеств их не удавалось прежде обнаружить. Сейчас вся наша продукция очищена от этих загрязнителей и соответствует европейским требованиям.

- Вы сами употребляете в пищу растительную продукцию? И как она на вкус? Чувствуется ли привкус сои или запах бобов? Консистенция хоть чуть-чуть напоминает обычное мясо?

- Да. Мы в семье часто готовим блюда из растительного мяса просто потому, что они вкусные и полезные.   Акционеры "Эфко" создали глобальный проект "Еда будущего". Для нас это не просто бренд, а целая философия. Без стеснения могу сказать, что Healthy Innovation, или просто Hi!, пожалуй, лучшая продукция из растительного мяса. Так же считают более 70% шефов ведущих ресторанов России. Действительно, борьбу за вкус мы в итоге выиграли. Но она была не из легких. Еще пять лет назад сложно было представить, что при слепых дегустациях абсолютное большинство не смогут отличить нашу растительную котлету от мясной. Добиться полной идентичности нам позволили высокие технологии производства. "Эфко" совместно с Институтом питания постоянно работают не только над улучшением вкусовых качеств, но и над созданием дополнительной питательной ценности продуктов.

- Сейчас нет нормативного определения, что такое растительная продукция, что понимать под растительным мясом и молоком. Вот если бы Вы писали технический регламент Таможенного союза, какие нормы и, возможно, ценности вы бы в него вложили?

- Отсутствие нормативной базы не столько усложняет государственную статистику, сколько не позволяет точечно применять меры господдержки и обеспечивать надзор. В текущем техническом регламенте о безопасности пищевой продукции нет идентификационных признаков для растительной продукции. Рынок пока только формируется, на нем заняты преимущественно энтузиасты здорового питания и крупные компании, которые заботятся о своей репутации. Поэтому растительная продукция сегодня отличается высоким качеством. Но как только придет массовый производитель, мы должны будем обеспечить не только качество, но и гарантию безопасности. Именно в этих целях необходимо разрабатывать госты и межгосударственные стандарты. Для решения этой проблемы ключевыми предприятиями отрасли был создан Союз производителей продукции на растительной основе, который прошел регистрацию в Минюсте России. Союз консолидировал отрасль и активно включился в разработку документов с привлечением экспертов и лидеров рынка. Ключевая ценность разрабатываемых документов, на мой взгляд, в создании мотивации для внедрения эффективных инноваций, формировании экологической ответственности, а главное – в обеспечении населения страны здоровым питанием.

- С учетом отсутствия сейчас отдельных кодов ТН ВЭД для растительной продукции, какие у вас планы на экспорт? Есть ли шанс накормить растительным мясом made in Russia весь мир? Или мы уже не успеем встроиться в международные цепочки разделения труда?

  - Если говорить о перспективах экспорта в целом, то мировой рынок растительного мяса активно растет. Мировые эксперты оценивают его развитие к 2030 году в диапазоне от 140 до 220 миллиардов долларов. Мы считаем, что Россия с учетом агроклиматических условий может занять от 5 до 10% мирового рынка в этом сегменте. А это порядка 10 миллиардов долларов, что значимо увеличит объем экспорта АПК. Ключевыми экспортными рынками являются Китай, Индия, страны ЮВА – регионы с устойчивыми традициями потребления растительной продукции. К перспективным рынкам относятся страны Ближнего Востока, где ожидается высочайший спрос на инновационную растительную продукцию и персонализированное питание. Африканский континент является также перспективным, поскольку у нас есть огромный потенциал накормить его быстрорастущее население качественной и здоровой пищей из растительного сырья. Мы возлагаем большие надежды на сотрудничество с Российским экспортным центром и активно участвуем в национальном проекте "Международная кооперация и экспорт".

- У вас большой сектор R&D. К еде будущего у вас относятся не только растительная продукция, но и производство сладких белков и биосинтез жиров. Очевидно, это высокотехнологичные отрасли. Как вас поддерживает государство? И участвуете ли вы в разработке дорожной карты FoodNet Минпромторга России?

- Сердце наших инноваций - центр "Бирюч", где трудится много технологов и ученых. Мы мониторим исследования в области биотехнологий и агропрома. Одна из наших команд ведет активные исследования в области биосинтеза сладких белков, которые станут ответом на решение проблемы диабета и ожирения. Наши работы в области биосинтеза жиров позволят обогащать, в том числе, растительные продукты незаменимыми жирными кислотами Омега 3, Омега 6. По этим направлениям мы активно ведем сотрудничество с ведущими российскими научными институтами и уверены в хорошем результате.   Мы понимаем, что развитие сферы продуктов питания в целом, традиционно считавшееся консервативным, сейчас уже невозможно представить без внедрения высоких технологий. Это архиважно и для развития экономики, и для обеспечения продовольственной безопасности. Поэтому Минпромторг и Минсельхоз определили эту сферу как один из приоритетов государственной политики. В Правительстве понимают, что в ближайшие десять лет будет серьезная трансформация мирового рынка продовольствия, и мы должны быть к ней готовы. В свою очередь мы принимали активное участие в разработке концепции развития рынков FoodNet. Внимание Минпромторга и Минсельхоза к этому направлению подтверждает высокую инвестиционную привлекательность и перспективность отрасли растительной продукции.

- Планируете ли вы включиться в создание карбоновых полигонов (карбоновых ферм) и производить так называемые углеродные единицы для дальнейшей продажи?

- Известно, что промышленное животноводство - одна из главных причин образования парниковых газов, на него приходится около 16% выбросов. Это больше, чем выделяет весь транспорт планеты и соизмеримо со всеми выбросами промышленных предприятий. "Эфко", безусловно, не остается в стороне от участия в экологических проектах. И мы вместе с другими представителями ждем со стороны Правительства РФ принятия актуальных нормативно-правовых актов. Нам также известно, что в ближайшее время со стороны ЕС будут введены соответствующие трансграничные пошлины на товары со значительным углеродным следом, что качественно простимулирует интерес к инвестициям в климатические проекты.   Уже с прошлого года мы начали оценивать наши инвестиционные проекты с точки зрения сокращения карбоновых выбросов. Мы считаем, что наши научные разработки и инвестиции в растительную еду позволят в перспективе снизить негативное влияние на окружающую среду.

От тресты до семечки. Плюсы и проблемы выращивания и переработки технической конопли в России (источник: портал Агроинвестор / https://www.agroinvestor.ru/)

Возможный ассортимент итоговых продуктов, произведенных из технических сортов каннабиса, исчисляется десятками тысяч. Интерес к агрокультуре постепенно возрастает, но развитие сектора идет не такими быстрыми темпами, как в той же Европе. При этом конопля — неприхотлива, может выращиваться практически на всей территории страны и дает хорошую маржу

Интерес к промышленным посевам технической конопли в России стал возрастать с 2014 года. После введения ограничений на импорт сельхозпродукции из ряда стран увеличение объемов возделывания данной агрокультуры приобрело чрезвычайную актуальность, поясняет доктор сельскохозяйственных наук, главный научный сотрудник Федерального научного центра лубяных культур Валериан Серков. И уже в 2020 году общая площадь посевов превысила 10,5 тыс. га (в 2014-м — 2,4 тыс. га).

Посевы растут

У технической конопли в нашей стране очень хорошие перспективы, уверен директор Института агробиотехнологий Российского государственного аграрного университета — МСХА им. К. А. Тимирязева, руководитель проекта «Росленконопля» Сергей Белопухов. «У нас много подходящей земли, а во всем мире спрос на коноплю увеличивается», — отмечает он. Обуславливает этот рост расширение сфер использования разных компонентов конопли. Ее рассматривают среди лучших заменителей хлопка, синтетических материалов, причем не только в текстильной промышленности, но и в автомобиле-, авиа- и судостроении, в медицинской, космической, оборонной, целлюлозно-бумажной, строительной промышленности и производстве спортивных изделий.

Есть у конопли и другие плюсы. Растение активно поглощает парниковый газ, производство строительных материалов и биополимеров на основе конопли также сопряжено с поглощением углекислого газа. Потому ее относят к углерод-отрицательным, то есть культурам, снижающим уровень СО2. Кроме того, для выращивания конопли нужно в 2-3 раза меньше воды, чем тому же хлопчатнику. Тем не менее развитие отрасли в России двигается очень медленно, считает Белопухов. По неофициальным данным посевы технической конопли больше, чем дает Росстат, но они все равно не превышают 15 тыс. га. При том, что только для пошива форменной одежды для разных ведомств (если такая потребность появится) понадобилось бы 70-80 тыс. га. И хотя число регионов, где агрокультуру пробуют выращивать, растет, количество крупных предприятий, производящих и перерабатывающих коноплю, использующих современную технику, сохранилось на прежнем уровне. И одна из причин, сдерживающих развитие сектора, — недостаток мощностей для глубокой переработки.

Доля России на мировом рынке технической конопли не превышает 5% (по площадям и объемам переработки), знает президент Агропромышленной ассоциации коноплеводов (АПАК) Александр Смирнов. Среди мировых лидеров производства он выделяет Китай, Канаду, Египет, Австралию, Чили и Францию. В России же крупнейшими регионами по посевам являются Ивановская, Пензенская области и Мордовия. «Отечественных коноплеводов становится все больше, но крупных предприятий, имеющих посевы более 500 га, в стране на 2020 год можно пересчитать по пальцам одной руки», — утверждает эксперт. И хотя динамика развития отрасли, по его мнению, положительна, для полноценного развития требуются системные решения, в том числе по стимулированию производства новой техники и оборудования для переработки этой лубоволокнистой культуры. Правильным решением стало бы принятие отдельной программы по коноплеводству на федеральном уровне, уверен он.

Большая часть проектов в 2021 году реализуется в рамках небольших хозяйств с площадью под коноплей до 100 га в таких регионах, как Вологодская, Брянская, Ростовская, Саратовская, Курганская, Иркутская области, Хакасия, Башкортостан, Марий Эл, Ставрополье, отмечает Белопухов. О значительном расширении сева данной агрокультуры в нынешнем году заявлено в Челябинской области (1,2 тыс. га) и Приморском крае (500 га).

Наиболее успешно коноплеводство развивается в традиционных для этой отрасли регионах — Курской (агрофирма «Южная»), Пензенской (ГК «Коноплекс»), Орловской («Дмитровск-пенька») областях, Мордовии («Мордовские пенькозаводы» совместно с компанией «Кона») и некоторых других субъектах страны. «Но на многих из этих территорий у конопли есть конкуренты: ее агроклиматическая зона сева совпадает с зоной возделывания подсолнечника и сои, — акцентирует внимание Белопухов. — Первый дает стабильно высокую доходность, обладает стабильным спросом внутри России, имеет возможность экспорта, мировая потребность во второй тоже растет — и рынок еще далек от насыщения. Поэтому конкурировать с ними в севообороте конопле непросто».

Украина. Рынок тропических масел: особенности и перспективы (источник: портал Зерно Он-Лайн / https://www.zol.ru/)

Потребности рынка Украины в рафинированном кокосовом и пальмовом масле обеспечиваются за счет импорта и внутреннего производства.

Наблюдается устойчивый рост импорта тропических масел и расширение объема рынка последние пять лет (в 2020 году наблюдалась волатильность) за счет высокого спроса со стороны пищевой промышленности. Сокращение поставок в 2020 году в значительной степени было связано со снижением спроса в период действия карантинных мер COVID, отмечают аналитики УкрАгроКонсалт.

Ежегодные объемы поставок кокосового масла в Украину в 2018-2020 гг. были относительно стабильны. В 2018 году поставлялось в основном сырое масло, в 2019 году импортировалось преимущественно рафинированное масло.  В 2020 году структура поставок выровнялась. Колебания в структуре поставок связаны со спросом со стороны внутренних переработчиков и потребителей. Основные поставщики рафинированного кокосового масла — страны Юго-Восточной Азии, а также Нидерланды, где расположены предприятия Cargill по переработке тропических масел.

Объемы пищевого производства в Украине в целом, и кондитерской отрасли в частности, находятся на стабильном уровне и демонстрируют положительную динамику, во многом за счет сектора малого бизнеса и HoReCA, которые, по прогнозам, в дальнейшем будет развиваться, что соответствующим образом скажется на сегменте рафинированного пальмового и кокосового масла.

Успешно выращивают лубоволокнистую культуру и в других областях: Нижегородской («Нижегородские волокна конопли»), Ивановской (Smart Hemp, «Шуя Коопродукт»), Псковской (КФХ «Пономаренко»), Вологодской (МПО «Посконь»), Ленинградской («Конопляныч»), Калининградской («Агробионика», «Агроальянс», КФХ «Капитан»). Причем, например, в последней посевная площадь технической конопли в прошлом году выросла на 32% (с 578 до 851 га), а валовой урожай по сравнению с 2019-м увеличился почти на 100% и достиг 721 т, акцентирует внимание Белопухов. О планах вырастить коноплю заявили аграрии Оренбургской (в составе «Хемп и Ко») и Астраханской областей.

Под влиянием спроса

Интерес инвесторов к технической конопле обоснован тем, что эта ниша совсем не заполнена, комментирует президент Ассоциации коноплеводов Юлия Дивнич. Россия только пытается влиться в международный тренд — в Европе и странах Северной Америки агрокультуру уже давно активно возделывают и производят около 35 тыс. наименований продукции из нее.

Техническая конопля может использоваться в продовольственном секторе, в промышленности, строительстве, автомобиле- и авиастроении, энергетике, рассказывает гендиректор УК «Коноплекс» (Пензенская область; по собственным данным, компания засевает самые большие площади конопли в России) Милена Александрова. Агрокультура обладает огромным пока не используемым экономическим потенциалом, она уникальна по доходности с 1 га, так как практически безотходна и имеет крайне широкое применение. «В нашей стране это направление только начинает свой путь, у него большие перспективы как в разрезе мировых трендов, так и в отношении национальных интересов, особенно с учетом вектора на импортозамещение и экологическую ответственность бизнеса», — говорит Александрова.

И так небольшой рынок продукции из конопли в России четко поделен между отечественными производителями, конкуренции нет, до насыщения внутренних потребностей далеко, констатирует директор «Мордовских пенькозаводов» Александр Кучинский. По его словам, глобальный тренд на здоровое питание, рост объемов продаж напитков из злаковых и орехов, отказ людей 40+ от активного потребления мяса наталкивают на мысль о том, что спрос на пищевые продукты из конопли будет расширяться. Ведь конопляный белок имеет уникальный аминокислотный профиль (содержит 18 из 21 необходимой человеку аминокислоты), подходит для производства функционального питания, белковых коктейлей, смузи и растительного мяса. «В конопляную отрасль инвесторы зачастую не идут из-за того, что очень мало знают о возможностях и плюсах этой культуры. Далеко не все уже в курсе, что техническая конопля почти не содержит психоактивных веществ, и считают занятие рискованным», — добавляет руководитель.

Конопля — одна из самых недооцененных культур, полагает замдиректора компании «Медал» (занимается переработкой семян конопли, Челябинская область) Дмитрий Ильков. Из нее можно производить невероятное количество итоговых изделий, перерабатывая и стебель, и семена. При этом коноплю относительно легко выращивать, и делать это можно во многих регионах страны, что ценно, так как, к примеру, на юге и в Черноземье свободных земель практически не осталось. Сам «Медал» из этой агрокультуры делает, например, макароны. Также из нее можно производить белок, смузи, масло, муку, клетчатку и многое другое.

В ближайшие годы должен произойти какой-то качественный сдвиг в переработке стеблей конопли, убежден замдиректора курской агрофирмы «Южная» Николай Баланюк. Должно заработать производство компании «Нижегородские волокна конопли» с современным европейским оборудованием и значимыми мощностями. Соответственно, потенциальные покупатели-переработчики будут понимать, что на рынке появились большие объемы качественного конопляного волокна, и уже всерьез станут рассматривать вопросы выпуска текстильной и другой продукции из него.

Экологический тренд сейчас определяет спрос на продукцию из конопли, считает партнер компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов: это в основном масла, косметика, ткани и различные изделия из ткани. Этот рынок растет и имеет предпосылки к дальнейшему развитию. Сейчас ткани и изделия из конопли в Россию импортируются из Китая и ЕС. «Перспективы направления связаны как с развитием текстильной промышленности, так и с появлением в нашей стране качественного волокна из конопли», — говорит эксперт.

Лучше обстоят дела с пенькой и изделиями для строительства, но в отсутствие сырьевой базы серьезного масштаба в России это не приобрело. Но объемы выращивания сырья не могут расти самостоятельно, без мощностей для дальнейшей переработки, добавляет Шафоростов. Поэтому отрасль будет идти по пути производств полного цикла, прогнозирует он.

Направления инвестиций

Промышленные посевы технической конопли были широко распространены в дореволюционной России и СССР, достигая в отдельные годы почти 1 млн га, а экспорт пеньки и конопляного масла являлся одной из важнейших статей валютных доходов государства, напоминает Валериан Серков. В России агрокультура традиционно выращивалась для получения волокна и конопляного масла. Теперь же из обрушенных семян производят сладости, макароны, каши быстрого приготовления, конопляное молоко, энергетические батончики, протеин, смузи, салатные заправки, выпекают хлеб на закваске из конопляной муки. Пищевое направление — одно из самых распространенных и простых в плане финансовых вложений. Но продукты питания — и самая низкомаржинальная тема, акцентирует внимание Юлия Дивнич.

Волокно из конопли — самое прочное растительное волокно на Земле, утверждает Серков. Из него, помимо пеньки, канатов, грубого полотна, изготавливают высококачественную одежду, обувь, белье. Износостойкость такой одежды и обуви в несколько раз выше, чем из других тканей. Ткань из конопли гипоаллергенна, лучше впитывает влагу, одежда из нее не теряет форму в процессе носки, а становится лишь мягче и удобней.

Ильков среди самых актуальных направлений в переработке конопли тоже называет именно текстильное. «В России сейчас ткани производятся в малых объемах, мы много импортируем, а конопля дает много волокна, по сбору с гектара она значительно выигрывает у того же льна, — рассказывает он. — И технологии позволяют выпускать и тонкое полотно, на постельное и обычное белье, и грубое, на брезент». Ткани из конопли обладают уникальными свойствами: они гигроскопичные, антибактериальные, антисептические и антигрибковые, дополняет гендиректор и учредитель Smart Hemp Максим Уваров. Вещи из них получаются весьма долговечными. Практически все крупные мировые бренды — от Levi’s до Hermes — уже запустили коллекции с тканями из конопли, знает он.

На основе конопляной костры производят строительные плиты, уплотнители, утеплители, гранулы для дорожного строительства, плиты для изготовления мебели. «Костра может впитывать влагу до четырех раз больше, чем ее собственный вес, — уверяет Серков. — А сухая биомасса конопли идет на изготовление брикетов и пеллет, которые по своим теплотворным свойствам вдвое превосходят древесину».

Помимо строительной отрасли, волокно может использоваться в мебельной промышленности, в изготовлении матрасов, подтверждает Кучинский. Сейчас для этих целей, а также для выпуска нетканых полотен для строительства и автопрома Россия импортирует кокосовое и тутовое волокно по 120 тыс. т в год. В то время как производство конопляного волокна составляет пока 2 тыс. т в год. «Есть куда расти», — считает руководитель.

Самая интересная тема — целлюлозное производство, позволяющее получать продукты от бумаги до биоразлагаемых материалов, и особо крепких композитов, и даже таблеток и пороха для патронных заводов, продолжает Юлия Дивнич. На основе целлюлозы, получаемой из конопли, производят высококачественную тонкую бумагу, пластик, композитные материалы, вторит ей Серков. Целлюлозу используют в военно-промышленном комплексе при изготовлении отдельных компонентов взрывчатых веществ. По подсчетам специалистов, 1 га конопли может заменить 4 га леса. Учитывая, что конопля — ресурс ежегодно восстанавливаемый, значение ее для экологии просто бесценно. «Людям по всему миру действительно нужна альтернатива древесине, так как с лица земли исчезают тысячи гектаров леса», — отмечает Ильков. Хорошая идея, по его словам, и производство полностью биоразлагаемого пластика.

Но высокодоходные направления переработки конопли — целлюлозно-бумажное, производство биопластиков, биокомпозитов, нетканых материалов — в России неразвиты, напоминает Белопухов. Прядильные и ткацкие предприятия, если не рассматривать кустарные линии, тоже практически отсутствуют. Хотя в условиях ограниченного поступления хлопка это направление могло стать вполне рентабельным, не сомневается он. «Решить проблему поможет международная кооперация: Россия выращивает волокно, а Евросоюз производит биопластики и биокомпозиты, — предлагает эксперт. — Для продвижения в нашу страну западных технологий в такой кооперации целесообразны совместные предприятия с зарубежными партнерами».

Все большее распространение получает возделывание конопли на медицинские цели как источника ценнейшего фармакологического сырья — каннабидиола (КБД), отмечает Серков. На основе КБД создан новый класс лекарственных препаратов для эффективной медикаментозной профилактики и лечения широкого спектра заболеваний.

Однако, по словам Белопухова, несмотря на всю привлекательность отрасли, инвесторы, особенно из других секторов, зачастую рассматривают коноплеводство всего лишь как средство, но не цель. Кроме того, на развитие полноценной переработки у большинства из них нет достаточного количества финансов, ведь все оборудование сейчас приходится приобретать за рубежом. Минимальная стоимость линии для первичной переработки начинается от 380 млн руб., и это без учета затрат на инфраструктуру. «А ведь еще нужны мощности для производства пряжи, бумаги, пластика и т. д. Мелкому бизнесу это не по зубам», — уверен эксперт.

Рентабельность проектов по переработке конопли зависит от климата, от объема инвестиций и от выбранных направлений, указывает Уваров. На юге России хорошая урожайность семян, там имеет смысл заниматься пищевым направлением. А при умеренном климате при недостаточном созревании семян лучше ориентироваться на получение волокна, однако предприятия по его переработке весьма капиталоемкие. Стоит учитывать, что и находиться они должны максимум в 100 км от полей. «Конопля — это самая высокорентабельная агрокультура в России, — утверждает топ-менеджер. — Рентабельность ее культивирования и переработка для получения текстильных, нетканых, композитных материалов, а также для целлюлозно-бумажной промышленности достигает 50%».

И все же от конопли не стоит ждать быстрой финансовой отдачи, предупреждает Ильков. Рентабельность выращивания с переработкой в среднем получается около 25-30%, хотя показатель может быть намного выше в зависимости от глубины переработки и типа получаемой продукции. Если направление пищевое, то проект окупится за два-три года. Но и тут при оценке нужно отталкиваться от масштаба. Так, производство муки объемом, как у «Макфы», потребует огромных вложений и увеличит срок окупаемости. А целлюлозно-бумажному производству приходится добавлять год на пусконаладку оборудования. «Пренебрегать стеблем, занимаясь только семенами, не стоит, это отнимает у вас маржу», — добавляет Кучинский. По его словам, рентабельность только выращивания семян может быть на 20-30% выше, чем доходность классических зерновых.

Затраты на проект зависят от комплексности и масштаба, говорит Юлия Дивнич. Так, аренда земли может обойтись в 15 тыс. руб./га, семена на посев — 250-600 руб./кг при норме высева в среднем 40 кг/га. Затраты составляют около 35 тыс. руб./га, или 75 тыс. руб./га при выращивании на сортоподдержание, производство посевного материала. «Сырье — самый простой этап, но он не приносит много денег: товарная семечка стоит 80-100 руб./кг, а треста — 3 тыс. руб./т», — акцентирует внимание эксперт.

Новые же игроки на рынке будут появляться, уверена Дивнич. «Как минимум два человека в неделю консультируются с нами по проектам на стадии разработки, — сообщает она. — А новости о запуске проектов по переработке звучат постоянно, но, увы, реальных результатов и продуктов пока мы видим мало». Заявления о появлении первых текстильных опытных образцов еще не значат, что вскоре запустится серьезное производство.

31 сорт и гибрид

посевной конопли, допущенные к использованию на территории России, включает Государственный реестр селекционных достижений в 2021 году. Все они могут легитимно возделываться в стране хозяйствами всех форм собственности без лицензирования и охраны посевов, информирует Валериан Серков из Федерального научного центра лубяных культур. Культивирование сортов, внесенных в Госреестр, может осуществляться без лицензии как юридическими лицами, так и индивидуальными предпринимателями. При возделывании безнаркотических сортов конопли отсутствует субъективная сторона состава преступления, предусмотренного статьей Уголовного кодекса «Незаконное культивирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества».

Сдерживающие факторы

Тем не менее спрос на коноплю на внутреннем рынке растет невысокими темпами, поскольку до сих пор не преодолены предрассудки и заблуждения в отношении данной агрокультуры, отмечает Сергей Белопухов. В условиях ограничения доходов населения популяризацию конопляной продукции тормозят и цены на нее: они в 1,5-3 раза выше, чем стоимость аналогичных товаров из другого сырья. Экспорт же становится проблематичным, поскольку во многих странах активно развиваются не только все направления пищевого и промышленного использования этой агрокультуры, но и производство продукции с медицинским каннабисом, которая популярней, чем продукты из обычной конопли.

Отсутствует и научный, системный подход к выращиванию сырья, государственное планирование и стратегия развития отрасли, перечисляет Белопухов. Также не хватает взаимодействия участников союзов и ассоциаций. Это, по его словам, не только приводит к лишним тратам, но и не позволяет получить объективные данные о состоянии сектора.

Тот факт, что приходится быть первопроходцами возрождающегося коноплеводства, является своеобразным вызовом для инвесторов, комментирует Милена Александрова. «У нас нет примеров, на которые можно было бы ориентироваться, нет тех, на чьих ошибках можно было бы учиться, — говорит она. — Мы открываем новые горизонты как в сельскохозяйственной, так и в производственной сферах и делаем все шаги самостоятельно, с нуля». Отдельный проблемный вопрос — отсутствие в России сельскохозяйственной техники и оборудования для переработки, применимых именно для конопли. Приходится совместно с зарубежными производителями дорабатывать импортные образцы под свои цели.

По мнению Валериана Серкова, наиболее сложным и трудоемким процессом при возделывании технической конопли является ее сбор, который отличается от технологии уборки других сельхозкультур и требует использования целого ряда специализированной техники и оборудования. Процесс осложняется высотой растений, которая может превышать 2,5 м. Отечественные же машины уже долгие годы не выпускаются. Например, уборочный комплекс, состоявший из жатки ЖК-2,1 и молотилки МЛК-4,5 производства завода «Бежецксельмаш», не производится с 1995 года, так как с конца 1980-х годов площади под данной агрокультурой существенно сократились и заказ на технику почти отсутствовал. «Конечно, в экономически развитых странах делают принципиально новые высокопроизводительные комбайны, однако их стоимость составляет около 30 млн руб.», — знает эксперт. Научным учреждениям, занимающимся первичным семеноводством культуры, приобрести такую дорогостоящую технику невозможно. Да и не всем сельхозпредприятиям под силу. Поэтому разработка и внедрение современной российской коноплеуборочной техники, по техническим характеристикам не уступающей зарубежным аналогам, является важной и актуальной задачей по восстановлению отрасли коноплеводства и выходу ее на новый уровень развития, делает вывод Серков.

Конопля очень простая в выращивании и сложная в уборке, соглашается Николай Баланюк. «Волокно высокопрочное, легко и часто наматывается на вращающиеся части машин с соответствующими последствиями», — рассказывает он. На уборке семян конопли «Южная» использует зерноуборочные комбайны. Но, по словам руководителя, только в поле можно оценить, получится ли у той или иной модели машины убирать семена конопли. Сейчас в агрофирме работают два комбайна «Полесье», которые вполне эффективно справляются с этой задачей. Также хорошо себя зарекомендовали в этом плане клавишные модели комбайнов Claas.

Аналогичные проблемы возникают и при уборке стеблей (конопляной тресты). «Ростсельмаш» с 2018 года совместно с командой Smart Hemp разрабатывал комбайны специально для уборки конопли на волокно, сообщает Уваров. В 2020-м они уже были запущены в серийное производство. Сам Smart Hemp приобрел для своего хозяйства в Ивановской области два таких комбайна с 4-метровой жаткой. «А еще мы в прошлом году испытывали уже новую разработку „Ростсельмаша“ — кормоуборочный комбайн RSM F2450 с 6-метровой жаткой, — делится руководитель. — Иностранная подобная техника стоит в разы дороже, в России же пока нет аналогов импортных комбайнов для уборки конопли на семена и волокно одновременно».

Убирать стебель без семян — заведомо терять в рентабельности, обращает внимание Александр Кучинский. «У нас сейчас два немецких комбайна, они и семена обмолачивают, и стебель убирают, — сообщает он. — Но везти технику из-за границы очень дорого, и поддержки от государства никакой». Стоит одна единица такой техники миллионы евро, и работает она только на конопле, не являясь универсальной.

Отечественного оборудования для первичной декортикации (механический способ отделения луба прядильных растений конопли от костры без предварительной мочки) тоже нет, приходится закупать за рубежом б/у технику, но и она стоит до 60 млн руб. Новая же линия декортикации обойдется в €4,5 млн. «Так что порог входа в отрасль высокий, нужны огромные вложения, — акцентирует внимание Кучинский. — Глубокая переработка волокна и костры — минимум €2-2,5 млн, котонизация волокна — €2 млн, производство нити и пряжи — еще €2 млн».

Другим сдерживающим фактором коноплеводства является низкое качество сырья из-за несоблюдения агротехнологий и недостаточного ресурсного обеспечения процессов производства и переработки конопли, дополняет Серков. Кроме того, агрокультура долгое время находилась под запретом, и сейчас очень мало зарегистрированных и маркированных специально для конопли средств защиты растений от болезней, вредителей и сорняков.

Смешение понятий технической конопли и наркотической марихуаны — отдельная тема, которая сдерживает расширение ассортимента, указывает Белопухов. «Правоохранители, несмотря на все принятые в 2020 году законы, очень часто подозревают коноплеводов в наркоторговле, — сетует он. — Магазины, особенно интернет-площадки, периодически отказываются от продукции из конопли, а хозяйства несут урон из-за вытаптывания посевов любителями фотосессий и из-за тех, кто по ошибке надеется нарвать психотропное сырье». Да и регулярные проверки выращиваемых растений, которых за сезон может быть две-четыре, тоже обходятся недешево.

Неурегулированность российского законодательства и неоднозначность общественного восприятия посевной конопли как агрокультуры, конечно, создает определенные трудности, признает Александрова. «Мы работаем совместно с Агропромышленной ассоциацией коноплеводов и государственными учреждениями — Минсельхозом, Минпромторгом, правоохранительными и другими ведомствами — над тем, чтобы промышленная безнаркотическая конопля воспринималась как растение обычное, не вызывающее дополнительных негативных коннотаций и связанного с этим излишнего регулирования, ведь это — сельскохозяйственная культура, обладающая уникальными природными и потребительскими свойствами», — подчеркивает она.

Сейчас, согласно постановлению правительства, для культивирования в промышленных целях, не связанных с производством или изготовлением наркотических средств и психотропных веществ, разрешаются сорта конопли с содержанием в сухой массе листьев и соцветий верхних частей одного растения массовой доли тетрагидроканнабинола (ТГК) в количестве, не превышающем 0,1%. При этом не допускаются к посеву семена четвертой и последующих репродукций, знает Серков. Но необходимая методика определения сортовой принадлежности посевной конопли пока что отсутствует. В селекционных подразделениях, занимающихся выведением высокопродуктивных сортов безнаркотической конопли, контроль ТГК в растениях чаще всего проводится методом полевой экспресс-диагностики и/или тонкослойной хроматографии. Лишь в конкурсном сортоиспытании образцы исследуются на содержание каннабиноидов количественным методом газожидкостной хроматографии. При этом независимая экспертиза выполняется лишь в экспертных подразделениях Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, МВД и Минюста, имеющих допуски для работы с наркотическими средствами. Однако специалисты ведомства анализируют поступившие образцы конопли согласно методическим рекомендациям, которые не предназначены для анализа сортовой принадлежности конопли, а созданы для выявления содержания наркотических веществ, к которым растение конопли не относится.

Хотя правительством было закреплено понятие «техническая конопля», что должно снять ограничения для выращивания и переработки, на практике все оказалось не так просто, подтверждает Шафоростов. Посевы этой агрокультуры нередко становятся предметом внимания правоохранительных органов, которые, руководствуясь результатами качественного анализа ведомственных экспертов, предлагают уничтожить посевы, поскольку в растениях обнаруживается наличие ТГК. Дело в том, что современные методы аналитической химии настолько чувствительны, что обнаруживают ТГК даже в стеблях и корнях конопли, которые никем и никогда не используются для наркотизации или как сырье для получения ТГК. «Угрозы проверок и разъяснений еще будут сдерживать развитие отрасли, поэтому серьезных игроков в России мало», — говорит эксперт «НЭО Центра».

По мнению Белопухова, нужна четкая регламентация и, как это уже делают в других странах, разграничение по генетическому паспорту марихуаны, медицинского каннабиса и конопли и их целевого использования. Должны быть разработаны протоколы выращивания, переработки и применения разрешенных культивируемых растений. Не менее важно, чтобы в районах культивирования были доступные лаборатории системы Россельхозцентра, позволяющие оценить качество и наркотическую безопасность конопляного сырья — семян, вегетирующих растений, волокна.

Неприхотливая агрокультура

Для аграриев конопля хороша тем, что ее можно засевать ежегодно на одних и тех же полях, не добавляя никаких других агрокультур, отмечает Максим Уваров из Smart Hemp. Такой опыт выращивания конопли проводит Институт лубяных культур Украины с момента основания в 1931 году, знает он. Однако и в севообороте конопля показывает себя отлично, увеличивая урожайность зерновых, сахарной свеклы, картофеля. Во Франции, по словам руководителя, проводилось исследование, которое показало, что после конопли сбор пшеницы с гектара дает прибавку до 15%.

В госреестре есть зеленцовые сорта конопли для выращивания на волокно, а есть сорта двухстороннего применения, рассказывает Николай Баланюк из агрофирмы «Южная». Специалисты компании убедились, что все «массовые» сорта дают хороший урожай и волокна, и семечки. «Осенью мы собираем семена — срезаем метелку, обмолачиваем, а стебель оставляем для мацерации в поле до апреля, — делится он. — Весной, когда стебли и земля подсохнут (к этому моменту конопляная солома станет уже трестой), роторными граблями формируем валки и прессуем тюковым пресс-подборщиком. Тюки тресты завозим в сухой склад на хранение, потом перерабатываем на волокно». При условии осенней уборки семян (это значит, что срезанная верхушка в производство волокна уже не попадет и значительная часть стеблей будет втоптана в землю колесами комбайна) весной «Южная» с одного гектара получает 4 т тресты и 1 т волокна. «А это существенная прибавка к общему результату, нет другой такой агрокультуры, которая бы приносила такую ощутимую прибыль и за счет плодов, и за счет стебля», — отмечает руководитель. При уборке семян конопли, по его словам, необходима первичная очистка вороха: в бункерной массе от комбайна содержится очень много кусочков листьев, которые необходимо удалить перед сушкой. Не просушив же как следует семена, их можно через какое-то время «потерять» насовсем. Причем потеря произойдет и в части продовольственных характеристик, и в части всхожести.

Планы и проекты

Пока в России не так много крупных проектов, за развитием каждого из них пристально следит аграрное сообщество. Когда в 2014 году «Коноплекс» занялся коноплеводством, в стране отсутствовал посевной фонд технической конопли, она выращивалась только для научных целей. «Мы проделали колоссальную работу по восстановлению отрасли: по семеноводству и селекции, подготовке кадров, повышению культуры и эффективности агрохозяйства, ведению сельхозработ, закупке и доработке агротехники, подходящей для конопли, подбору оборудования для переработки», — перечисляет Милена Александрова.

В первую очередь «Коноплекс» занялся семеноводством и стал оригинатором нескольких сортов этой агрокультуры. Сейчас научно-исследовательские работы по созданию высокопродуктивных по волокну и семенам сортов посевной конопли продолжаются. В 2020 году в Госреестр селекционных достижений внесены новые сорта Милена и Роман, выведенные Центральным НИИ промышленности и сельского хозяйства совместно с Федеральным научным центром лубяных культур. «Коноплекс» был и остается лидером отрасли, утверждает Александрова. Доля посевов группы последние несколько лет держится в районе 30% от общей площади технической конопли в стране. В 2021-м при общем земельном фонде 12,5 тыс. га под нее отведено 3 тыс. га.

В 2020 году «Коноплекс» запустил завод по выпуску масла из семян конопли по технологии холодного отжима мощностью 15 млн бутылок в год. «Это первое подобное крупное предприятие в стране, построенное с нуля, — обращает внимание руководитель. — В линейке продукции, помимо масла (не только из конопли, но и из других агрокультур), мука, клетчатка, белковые добавки и прочее». Объем инвестиций превысил 300 млн руб. А уже в этом году компания ввела в эксплуатацию в Пензе первое высокотехнологичное предприятие по получению и переработке волокна на европейском оборудовании. Такое волокно используется для создания тепло- и звукоизоляционных изделий, утеплителей, наполнителей и для дальнейшей переработки в нетканые материалы, поясняет Александрова.

В конце прошлого года входящий в «Коноплекс» «Межотраслевой инновационный комплекс» заключил с Минпромторгом соглашение о создании экологически чистого производства по глубокой переработке лубяных культур в высококачественную целлюлозу. «У российских производителей появится возможность использовать российское сырье вместо импортных хлопка и искусственной целлюлозы, а также снизить использование древесины и, соответственно, вырубку лесов, — обещает Александрова. — Мощность площадки после выхода на плановые показатели в 2026 году достигнет 4 тыс. т целлюлозы в год с возможностью поэтапного расширения». Инвестиции в проект составят около 3 млрд руб.

Smart Hemp тоже начал строительство собственного завода в Ивановской области. Предприятие будет выпускать котонин для текстиля, тонкое волокно для нетканых и композитных материалов, а также целлюлозу для производства картонов и пищевой бумаги, рассказывает Максим Уваров. Вложения оцениваются в 2,5 млрд руб. Для загрузки завода засевать планируется 5 тыс. га конопли. Запуск состоится уже в 2022 году. «Мы сотрудничаем практически со всеми текстильными и неткаными предприятиями в Ярославской, Вологодской, Владимирской, Костромской и Ивановской областях. Со многими уже разработаны технологические карты и подписаны конформные письма», — делится топ-менеджер. Аналогичный проект Smart Hemp хочет запустить в следующем году и в Ярославской области. Для культивации конопли компания планирует привлекать фермеров.

Изначально производимую продукцию холдинг планировал отправлять на экспорт, но пандемия внесли свои коррективы. «Мы нашли рынок сбыта в России, научились работать с отечественными фабриками. Хотя от планов в дальнейшем вывозить продукцию за рубеж не отказываемся», — отмечает Уваров. По его словам, особым спросом на мировом рынке пользуются смесовые пряжи. Ткань, где 50% составляет хлопок, а 50% — конопля, по тактильным ощущениям не отличается от 100% хлопка.

«Мордовские пенькозаводы» ориентированы на переработку конопли для технических нужд и производят нетканые полотна и строительные материалы, а также композитные материалы из костры и вторичного полимера. Но есть и пищевое направление, и его планируется развивать. «В лабораторных условиях мы отрабатываем технологию изготовления напитков и мяса из конопли. Первые испытания пройдены, сейчас балансируем рецептуру, вкус», — делится Александр Кучинский. Коноплю для компании — от 600 до 1 тыс. га — выращивают фермеры. В 2020 году «Мордовские пенькозаводы» произвели 2 тыс. т пеньковолокна, было переработано около 1 тыс. т семян. Потенциальная мощность предприятия в два раза больше. Волокно идет на канаты и веревки, экоковрики для вертикальных ферм по выращиванию зелени и не только.

Объем переработки у компании «Медал» — 10 т семян конопли в месяц. Производимая пищевая продукция, а также конопляное мыло реализуются как на внутреннем, так и на внешних рынках. «На европейский рынок выйти с пищевыми продуктами сложно, много препон и согласований, но в этом году мы заняли первое место в конкурсе „Экспортер года“ в Челябинской области, были открыты новые географические направления, самые перспективные из которых — азиатское и тихоокеанское», — доволен Дмитрий Ильков.

Пищевое направление пока является приоритетным для компании. В «Медале» разрабатываются все новые виды продукции, ведутся научно-исследовательские работы на эту тему, хотя есть подвижки и в секторе целлюлозы — разработаны новые ее виды, высокого качества и с доступными к масштабированию промышленными технологиями. «После получения конечного продукта мы уже будем искать инвестиции под проект и строить производство», — делится планами Дмитрий Ильков. «Медал» тоже работает с фермерами, выдавая им материал для сева, удобрения и контролируя выращивание, а после — забирая семечку на переработку.

Агрофирма «Южная» изначально планировала выпускать пищевую продукцию. Но в итоге основной объем заработка — реализация семян для сева и последующей переработки, сообщает Николай Баланюк. География продаж посевного материала — от Приморского края до Калининградской области. Сама компания также производит конопляное масло и конопляное ядро, но только под заказ. В 2019 году «Южная» довела площади под технической коноплей до 1,25 тыс. га. В 2020-м посевы пришлось сократить из-за пандемии и осложнившейся экономической ситуации в стране, которые привели к снижению спроса на продукцию агрофирмы. Впрочем, в этом году площади опять превысили 1 тыс. га. Урожайность семян конопли компании — стабильно выше 10 ц/га (после доработки). А в 2022-м «Южная» рассчитывает выйти на рынок с новым сортом волокнистого направления (Сейм), который даст на 25-30% больше волокна при тех же затратах.

Второй год подряд экспериментальный высев технической конопли идет в Ростовской области. «Мы только нарабатываем опыт, к сожалению, в прошлом году мы потеряли практически все семена во время уборки — самого сложного этапа при производстве агрокультуры, столкнулись с проблемой и уборки тресты», — признает руководитель комитета АПК Ростовского областного отделения «Опоры России» Михаил Марышев. Сейчас организация ведет работу по объединению аграриев, готовых заниматься этим направлением, и коммерческих структур, проявляющих интерес к теме ее переработки. «Пока же приходится преодолевать трудности на всех этапах — так, из планируемых 200 га в разных районах области в этом году удалось засеять только 16 га, так как возникли проблемы с получением семенного материала от научных институтов, — рассказывает он. — Да и сами сельхозпроизводители пока очень скептически относятся к этому направлению, так как очень тяжело понять экономику процесса, а экспериментировать боятся». Сложности были и с переработкой прошлогоднего урожая: многие переработчики в Ростовской области побоялись связываться с коноплей, думая о возможных проблемах из-за не до конца проясненного нормативного регулирования. Тем не менее региональное отделение «Опоры России» намерено собирать все кейсы, как успешные, так и провальные. «Важно транслировать полученный опыт аграриям и переработчикам, чтобы отрасль имела более интенсивное развитие», — заключает Марышев.

Господдержка отрасли

В 2018 году на федеральном уровне впервые были утверждены погектарные субсидии на выращивание технической конопли, льготы по инвестиционным кредитам, взятым на приобретение оборудования. Сейчас отечественным коноплеводам предоставляется целый ряд преференций, в их числе — льготные краткосрочные и инвестиционные кредиты, несвязанная поддержка по ставке 10 тыс. руб./га посевной площади конопли, поддержка в рамках единой субсидии, лизинг сельскохозяйственной техники, возмещение до 50% прямых понесенных затрат на строительство и модернизацию пенькоперерабатывающих предприятий, а также приобретение специализированной техники и оборудования, перечисляет Валериан Серков из Федерального научного центра лубяных культур. При господдержке коноплеводство, в первую очередь в сфере переработки, стало высокорентабельным сектором, что сделало выращивание агрокультуры очень перспективным направлением для представителей аграрного бизнеса России, считает он.

«Сельхозпроизводители – в жуткой ситуации!»: экономист Сизов о том, почему заморозка цен страшнее засухи (источник: портал Зерно Он-Лайн / https://www.zol.ru/)

Директор «СовЭкона» рассказал, как власть своими руками душит успехи отечественного АПК

Несмотря на засуху в Татарстане и других регионах Поволжья и Дальнего Востока, проблем с продовольствием не будет, так как в целом по России урожай ожидается высокий. Но у аграриев все равно появятся большие проблемы, которые устраивает не погода, а государство. Об этом говорит экономист Андрей Сизов, директор аналитического центра «СовЭкон», российского лидера в области консалтинга и исследований в сельском хозяйстве и пищевой индустрии. В интервью «БИЗНЕС Online» он предупреждает: если не отменить госрегулирование цен, то это приведет к сокращению посевных площадей и снижению урожайности уже в 2022 году. А также прогнозирует, что в ближайшее время сельхозпроизводители со всей России будут писать возмущенные письма.

— В ряде регионов России, в том числе в Татарстане, в этом году аномальная жара и засуха, локальные осадки ситуацию не меняют. Погодные условия губят зерновые культуры и скот. Сельхозпроизводители бьют тревогу по поводу урожая. Каков масштаб проблемы в целом по стране? Какие регионы пострадали больше всего? Как на общем фоне выглядит Татарстан, где в 38 районах из 43 введен режим ЧС?

— Как раз Татарстан, Башкортостан, Урал, Сибирь — эти территории выглядят довольно плохо. Была очень засушливая погода. И сохраняется в части из них. Если говорить в целом по России, то ситуация выглядит более благоприятной. Потому что в регионах западнее Татарстана погодные условия складывались неплохо для нового урожая. Юг, Центральное Черноземье, западная часть Поволжья — в целом все нормально или даже хорошо.

Вообще, в последнюю зиму мы входили с очень и очень плохим состоянием посевов. Наиболее сложная ситуация была на юге России. Но благодаря зиме и весне, которые складывались удачно, ситуация выправилась. В первую очередь на юге. И мы ожидаем в целом высокий урожай. Буквально неделю назад мы повысили прогноз по сбору пшеницы до 84,6 миллиона тонн.

— Но в Татарстане сельхозпроизводители говорят о надвигающейся катастрофе, нет гарантий, что они соберут более 30 процентов от планового урожая. Удастся ли в такой ситуации сохранить продовольственную самодостаточность и Татарстану, и другим пострадавшим от засухи регионам?

— Очень сомневаюсь, что соберут лишь треть от среднего урожая. Думаю, в целом сбор будет максимум на несколько десятков процентов ниже среднего.

Но у нас, слава богу, в стране единое экономическое пространство. Не должен сам себя кормить каждый регион. Не думаю, что будут какие-то проблемы с продовольствием в Татарстане и других регионах, где засуха. В целом виды на новый урожай, несмотря на проблемы Татарстана, Башкортостана и более восточных регионов, неплохие. Ничего жуткого не происходит.

— То есть не придется, как в 2010 году, ездить за картошкой к Лукашенко?

— Сегодня совершенно не 2010 и не 2012 годы. Все, что западнее Татарстана, выглядит либо неплохо, либо хорошо. На Кубани сейчас начинают молотить зерно, убирать урожай, стартовая урожайность рекордная. Так бывает, что где-то плохо, а где-то хорошо.

— Но пострадавшие регионы сами себя продовольствием все-таки не обеспечат?

— Я не вижу ценности и практического смысла в этом вопросе. А что в Москве делать — из окна прыгать от грусти, что у нас нет собственного московского зерна?

— Какие сельскохозяйственные культуры понесут самые значительные потери из-за засухи? С чем ситуация хуже всего?

— В регионах, начиная с восточной части Поволжья и далее на восток, — это в первую очередь зерновые культуры. По ним есть проблемы. Это касается и пшеницы, и ячменя.

— Возникли проблемы и с кормами для животноводства. Власти РТ призывают фермеров искать корма в других регионах. Но закупать их практически негде, у соседей ситуация не лучше. И цены на корма подорожали на 30 процентов, к осени ожидается еще. Каким может быть выход из положения, хватит ли прошлогодних запасов? Или остается надеяться, что погода смилостивится, пойдут дожди и еще можно будет заготовить корма в нужном количестве?

— Про сено я не скажу. Не отслеживаю этот рынок. Могу предположить, что ситуация может быть довольно сложной в Татарстане, Башкортостане и далее на восток, исходя из того, что осадков было очень мало.

На поддержку сельского хозяйства выделено 350 млрд рублей. Из них только 7 на мелиорацию. Достаточно ли этого? И принимает ли федеральное правительство какие-то меры для поддержки фермеров, независимых (от холдингов) игроков? Вообще какую позицию оно заняло?

— Если говорить о мерах правительства, есть одна проблема, которая, к сожалению, в ближайшее время не будет решена. Это госрегулирование цен на сельхозпродукцию по всем основным позициям, которое было введено в этом году. Госрегулирование особенно больно ударит и по Татарстану, где особо высокой урожайности не будет, высоких сборов не будет. То есть будут проблемы с производством, а цены отрегулированы государством! Чтобы сельхозпроизводители могли относительно нормально себя чувствовать, госрегулирование надо отменить.

Вопрос субсидий на мелиорацию и прочие направления — вопрос явно второго порядка. Благодаря госрегулированию производители зерна и масличных могу потерять около полутриллиона рублей за 2021–2022 годы из-за искусственно заниженных цен. Более того, предположу, что все те относительно скромные субсидии, которые они получают, можно спокойно отменить при условии отмены госрегулирования цен на продукцию, появившегося в этом году.

— И рынок сам все отрегулирует?

— Конечно. Как и в предыдущие десятилетия. А госрегулирование напрямую размывает тот фундамент, на котором основаны российские успехи в растениеводстве. Это свободные цены. Выговаривать даже сложно, что спустя 30 лет после распада Советского Союза мы опять обсуждаем регулирование цен. Конечно, свободные высокие цены — ключевой фактор для развития экономики, развития сельского хозяйства и развития растениеводства. А всякие субсидии — вопрос десятый. Просто перестаньте забирать деньги у сельхозпроизводителей благодаря введенным пошлинам.

— Меры поддержки, на ваш взгляд, вообще ситуацию не меняют?

— Меры поддержки, субсидии — это хорошо, но вопрос далеко не первостепенный. Надо просто дать сельхозпроизводителям нормально зарабатывать. Как они зарабатывают на Украине, как они зарабатывают в Европе, как они зарабатывают в США, где площадь посева близка к рекордной и где высокие цены. В России высоких цен не будет. Потребители, конечно, довольны и будут некоторое время еще оставаться довольны. Но в самом недалеком будущем, в ближайшие годы мы неминуемо увидим и сокращение посевных площадей, и снижение урожайности в силу того, что сельхозпроизводители будут экономить на вложениях в гектар и сокращать площади. Они будут вносить меньше удобрений, брать проще семена, экономить на технике и так далее. Все это приведет к грустным последствиям довольно скоро.

Особенно остро ситуация будет как раз в регионах, начиная с Верхнего и Восточного Поволжья и далее на восток, так как они находятся в зоне наибольше риска, потому что там нет такой высокий маржинальности, как в более западных регионах, на юге России, в Центральном Черноземье.

 — В Татарстане предполагается, что режим ЧС позволит сельхозпроизводителям пролонгировать инвестиционные и краткосрочные кредиты, а также другие обязательства из-за форс-мажорной ситуации. Насколько это поможет в нынешней ситуации?

— Отчасти поможет, но это завитушки, это не основное. Просто пока российский сельзозпроизводитель не очень хорошо понимает, куда он попал, благодаря государству. А попал он в очень и очень неприятную историю. За счет отрегулированных цен он получает только 30 процентов роста цены мировой на его продукцию, если мы говорим о растениеводстве. А цены на то, что он вкладывает, естественно, не отрегулированы. И сельхозпроизводители находятся в жуткой ситуации. Себестоимость растет, потому что цены на все, что нужно для производства, — техника, удобрения, семена, — высокие и продолжают расти.

Сейчас об этом задумываются только на юге, где начинают убирать новый урожай и думают о посевной кампании 2022 года. На Кубани сельхозпроизводители видят, что на старте нового сезона, а сейчас как раз начался зерновой сезон, все еще относительно высокие рублевые цены. 14 тысяч рублей за тонну пшеницы без НДС. Это вроде очень хорошая высокая цена. Но если посмотреть на то, сколько стоят удобрения и все остальное, что я перечислил, то оно в лучшем случае подорожало примерно в полтора-два раза. Я не утрирую, так оно и есть! Это означает, что с нового сезона начнется резкое падение рентабельности в секторе. Это очень важный вопрос. Обсуждать какие-то миллиарды субсидий особого смысла не имеет. Речь идет совсем о других масштабах потерь.

— Тем более. Вы говорите, не надо выделять какой-то один регион, что не надо делать акцент на самодостаточности потребительской, что у нас единое экономическое пространство. Но ведь проблемы с урожаем бьют по экономике конкретных пострадавших регионов, включая Татарстан, по бюджету республики. Как в этой ситуации выходить из положения?

— Да, в Татарстане будут убытки. Но основная проблема, не устану повторять, госрегулирование на продукцию. Если у вас неурожай, вы часть своих потерь простым логичным образом получите с рынка. Так было например в 2012 году — серьезный неурожай во всей России, но в целом растениеводство это пережило, так как цены выросли. В этом году этого не будет.

— Надо ждать банкротств сельхозпроизводителей?

— Надеюсь, массовых банкротств в ближайшее время не будет. Прошлый сезон с точки зрения денег для сельхозпроизводителей был неплохой. Рекордные цены на зерно, на масличные создают пока запас прочности. Но этот запас прочности в наступающем сезоне 2021-2022 будет стремительно сокращаться. По ситуации будет понятно через несколько месяцев, когда начнется сев озимых, как отреагируют сельхохпроизводители на все это госрегулирование. Как раз начиная с Татарстана и далее на восток.

Есть такое решение правительства, введены такие экспортные пошлины. До этого российский рынок и производство развивались. Одним из ключевых факторов, может быть, самым важным, был доступ к мировому рынку. Без всяких изъятий. Это убрали. Так что у всех фермеров массово будут проблемы.

— Банкротства будут способствовать дальнейшему проникновению крупных агрохолдингов в пострадавшие регионы?

— Я вообще не вижу в этом проблемы. Если кто-то что-то купил, кто-то что-то продал и стороны пришли к согласию, какие проблемы. Я вижу в целом проблемы для российского растениеводства очень и очень серьезные. Маржа будет стремительно сокращаться и становиться отрицательной. От этого регулирования же будут страдать и крупные игроки, так что ничего хорошего оно не несет и агрохолдингам.

— Может ли помочь сельхозстрахование? Фермеры по-прежнему неохотно используют этот инструмент, так как невозможно получить возмещение, на что жалуются некоторые из них.

— Сельхозстрахование — это, конечно, хорошо. Но ситуация примерно такая. Человека столкнули с 20-го этажа, а мы говорим о том, что у него штаны плохо поглажены. Да, страхование нужно развивать. Никто не против.

Проникновение на рынок, несмотря на соучастие в этом государства, все еще очень низкое. Могу предположить, что за все эти годы страхователи не смогли сформировать предложение, которое сельхозпроизводителя заинтересует, либо для этого просто требуется еще больше времени. Застраховано менее 10 процентов всех площадей в стране. Но во многих случаях это не добровольный, а полудобровольный выбор фермеров, когда им просто говорят, например, банки: мы вам кредит дадим, но вы застрахуйте свой урожай. Но все равно степень проникновения страхования низкая. Лучше было бы, чтобы она была повыше. Я не спорю. Но эта проблема на фоне других не самая актуальная.

— Вы говорите, что сельхозпроизводители не очень понимают главную проблему. А специалисты доносят ее до министерства, до чиновников, принимающих решения?

— У фермеров и сельхозпроизводителей есть большая надежда, что в ближайшие месяцы это может быть отменено, но я в этом очень и очень сомневаюсь. Надеюсь, хотя бы на отмену в ближайшие годы. Когда власть наконец поймет, что она натворила. Публично, конечно, она ничего не признает. Но хотя бы задумается о том, что происходит. Ключевые показатели — это посевная кампания 2022 года, которая начнется уже в августе.

Мы ожидаем увидеть сокращение посевных площадей на 5-10 процентов по сравнению с предыдущим годом. Это будет первое сокращение посевных площадей под озимые за много-много лет. Если это произойдет, то заставит задуматься. А так скорее всего и будет, если все эти пошлины остаются.

Как рассуждают чиновники? Они там жировали, мы ввели ограничения, у них сверхдоходы забрали, ничего страшного, будет у них сверхдоходов поменьше. Сейчас средний чиновник смотрит на текущий урожай 202 года, а урожай хороший, как я уже сказал, и размышляет: ну вот, все здорово, мы все отрегулировали, никаких проблем нет, а злопыхатели, которые говорят, что будет снижение производства и так далее, дураки и ничего они не понимают.

Но госрегулирование станет проблемой, начиная с урожая 2022 года. А урожай 2021 года мы по инерции проходим нормально. Потому что озимые сеялись прошлой осенью до всего этого госрегулирования. Покупалось все — семена, удобрения и так далее — по старым, относительно гуманным ценам. Но ситуация скоро изменится. И по всей России мы будем видеть какие-то письма, выражения какого-то недовольства, что это такое, а почему это у нас так дорого стоят удобрения или семена, или техника. Эта проблема будет разрастаться в ближайшие месяцы.

— Чего еще ждать аграриям от правительства?

— Я бы не ждал, а что-то делал для того, чтобы решение, совершенно разрушающее сельскохозяйственный сектор, было отменено. Помяните мое слово, в ближайшее месяцы мы увидим множество писем! Будут писать региональные минсельхозы, какие-то федеральные структуры, будут обращения к властям, будут рассказы о том, как все подорожало. Но, скорее всего, значительная часть призывов, к сожалению, будет о том, что дайте нам, например, удобрения или семена по низким ценам.

А цены растут во всем мире. Это не российская специфика. Они растут и на продукцию, и на то, что потребляют производители. Они тесно связаны между собой. Если у вас дорожает кукуруза, у вас моментально дорожают, например, и азотные удобрения. Корреляция почти напрямую. Когда у вас растут цены на продукцию, это нормально. Ничего жуткого в этом нет. А когда цены на продукцию не растут по решению государства, то вы попадаете в ужасную ситуацию.

— А бастовать сельхозпроизводители не начнут?

— Я слабо представляю, что у нас в России, тем более в Татарстане, аграрии будут массово бастовать. Сельхозпроизводители, к сожалению, такой роскоши лишены. Хотя это, наверное, один из самых популярных вопросов, которые мне задают иностранные журналисты. Они все время спрашивают: ждать ли аграриев и каких-то тракторов у Белого дома или на Красной площади? Я им отвечаю: нет, никто их туда не пустит. Но недовольство есть, пока не массовое, потому что нет понимания, в какую ловушку их загнали.

— Про цены на морковку, которая сошла с ума и теперь дороже эквадорских банан, мы все слышали. А что будет с ценами в на продовольствие в целом связи со сложившейся ситуацией? В частности, на сахар и подсолнечное масло, цены на которые вызвали неудовольствие у Путина? Какие еще продукты могут подорожать?

— Если говорить в целом о ценах на продовольствие, они зависят от нескольких переменных. Во-первых, курс рубля. Это ключевая переменная. Вторая переменная — мировые цены. Третья переменная — это факторы спроса и предложения внутри страны. На плодоовощную продукцию сейчас есть серьезное ускорение цен. Подорожали морковка, картошка. Но это очень краткосрочная история, связанная с тем, что мы находимся на стыке двух сезонов. Старый урожай закончился, который к тому же было чуть меньше по некоторым позициям, а новый урожай чуть-чуть задерживается. Это связано с относительно поздней весной. Сажали и сеяли позже, выросло позже и убирается чуть позже. Ничего особенного не происходит.

Но в ближайшее время ситуация выправится. Речь не о неделях, а скорее о днях. Цены на плодоовощную продукцию, на корнеплоды сезонно пойдут вниз и активно. Та же морковка станет дешевле, цены на нее пока не регулируют. Уже активно идут вниз цены на помидоры и огурцы.

Во второй половине года можно ожидать замедления продовольственной инфляции с тех 7 процентов, на которой она сейчас находится. Это как раз благодаря в первую очередь активному поступлению на рынок сезонной более дешевой плодово-овощной продукции. Но в целом ситуация в мире пока такова, что цены растут на все и везде. Это не какая-то чисто российская история. В США цены на картофель в прошлом месяце выросли более чем на 3 процента. Это очень-очень много.

В России во второй половине сезона будет некоторое снижение продовольственной инфляции. Но резкого снижения ждать не стоит, она будет оставаться относительно высокой, потому что рост цен — общемировой процесс. И даже со всем этим госрегулированием мы все равно остаемся частью мирового рынка. Пока мы не Северная Корея и с мировым рынком связаны очень тесно. Потрясения, которые продолжаются около года, когда цены растут, будут влиять и на нас.

— А как влияет на ситуацию пандемия?

— Пандемия по большому счету на цены не влияет. Было определенные влияние по некоторым товарным группам в первом полугодии 2020 года, когда были первые карантины, во время которых потребитель бежал и закупался продукцией длительного хранения. Вроде любимой гречки или макарон. Тогда был явный всплеск спроса и в результате сильно выросли цены. Но в целом сельское хозяйство и в мире, и в России довольно спокойно прошло и проходит эту пандемию. Большинство апокалиптических прогнозов, что у нас будет какой-то голод, нехватка продовольствия, разрушение цепочек поставок, не оправдались. Мир довольно здорово справился с этой напастью и серьезных проблем не было.

Если говорить об отдельных секторах, наиболее заметные проблемы были в животноводстве. В первую очередь на бойнях, где забивают и разделывают скот. Там были вспышки коронавируса довольно активные. В США, в ЕС в меньшей степени, но тоже. Но какого-то существенного влияния даже не отдельные страны эпидемия не оказала. Тем более, на весь мир. Это благодаря глобализации и свободе торговли.

Россия же начала вводить ограничения и квоты. Тогда ввела ограничения Румыния, говорила об ограничениях Украина, ввел ограничения Вьетнам на экспорт риса. Многие испугались. Но Румыния быстро ограничения сняла, Украина вообще ничего не вводила, Вьетнам тоже свои ограничения снял. Единственный игрок, кто оставил ограничения в виде квот, — это Россия. А позже эти квоты переросли в совсем уже жуткие ограничения, которые были введены в 2021 году.

— Наши цены доведены до экспортной альтернативы?

— Смотря на что. На какую-то продукцию цены выше, чем мировые.

Это зависит от того, являемся ли мы экспортером или импортером, завозим ли мы эту продукцию или вывозим. Например, если мы вывозим петрушку, а цены на мировом рынке на нее, например, $100 за тонну на борту судна в Черном море, то у нас нас внутренняя цена будет $100 минус логистика и маржа трейдера. На юге цена будет, условно, $90, а в Татарстане, предположим, $60 за тонну. Так все работает. Если же мы импортеры укропа и у нас цена него тоже $100 за тонну  — мировая цена плюс логистика плюс расходы трейдеров. Пошлины мы никакие не берем. На юге укроп будет по $110, а предположим, в Татарстане — $140.

Вот мы пока еще крупный экспортер зерна. И цена на него складываться будет так — мировая цена минус логистические расходы и так далее. А какую-нибудь сою мы завозим в больших объемах. И цена будет создаваться так — мировая цена плюс логистические расходы. То есть она выше мирового рынка. Тоже самое касается помидор, которые сейчас идут из Средней Азии, или какой-нибудь черешни. Среднеазиатская цена плюс логистика плюс маржа трейдера.

— После разборок на самом высоком уровне ситуация с продуктовыми ценами, казалось, ушла на второй-третий план. Но цены все равно растут каждый день.

— У нас говорят о том, что надо отрегулировать цены и сделать их доступными, но забывают о второй составляющей этого уравнения. О доходах населения. А доходы не растут. Это очень большой вопрос. Чтобы доходы росли, нужны совсем другие темпы экономического роста. Мы не догоняем богатые страны, а отстаем.

Если говорить о том, что внутри страны надо делать, то нужно бороться с бессмысленной затеей госрегулирования. Она разрушает целые сектора, которые до недавнего времени довольно активно росли на фоне в целом стагнирующей экономики. Это сельское хозяйство и «пищевка». Это негатив серьезный для ритейла. И эта мера не эффективна, потому что реальные последствия регулирования цен очень скромны. Я думаю, речь идет о десятых процентных пункта, не более.

Целые сектора еще не разрушены, но к этому все идет. Это плохое решение, потому что мы пытаемся помогать всем-всем потребителям в России. Но одно дело потребитель с доходом 10 тысяч рублей в месяц, другое дело — потребитель с доходом 1 миллион рублей в месяц. И тот, и другой может пойти и счастливо купить хлеб на 2 рубля дешевле благодаря этому госрегулированию. Но тот, у кого доход миллион рублей в месяц, этого просто не заметит. Ему все равно. Поэтому не надо пытаться регулировать цены. Это очень дурная затея. Тем более для всех.

— Что может быть альтернативой такому решению с точки зрения защиты интересов потребителя?

— Альтернатива есть — целевая помощь наименее обеспеченным слоям населения. Если у вас доход, например, 10 тысяч рублей на одного члена домохозяйства или ниже, вы получаете 500 или 1000 рублей в месяц, которые можно потратить на продовольствие. Все. Цены вопроса для бюджета — от 120 миллиардов рублей. Потери же растениеводства измеряются несколькими сотнями миллиардов в год!

В итоге: мы помогаем тем, кому это реально нужно, мы повышаем продовольственную безопасность страны, т. е. наши люди в целом лучше питаются (и заодно меньше пользуются например медицинскими услугами), мы поддерживаем спрос на продовольствие, что по факту в первую очередь означает спрос на отечественную продукцию. Бизнес же может продолжить дальше заниматься своим делом — создавать новые рабочие места, инвестировать в новые проекты, наращивать экспорт агрпопродукции. Благодаря росту продолжает увеличиваться и конкуренция, которая и является, извините за трюизм, простым и надежным средством сдерживания цен.

Андрей Сизов - директор аналитического центра «СовЭкон»

Окончил Государственную финансовую академию при Правительстве России по специальности «финансы и кредит», обладатель степени Executive MBA IE Business School.

Обладает многолетним опытом аналитической и консультационной работы в области исследований сельского хозяйства, рынков зерновых и масличных и пищевой промышленности.

Является директором и совладельцем аналитического центра «СовЭкон», ответственным за общее управление, развитие бизнеса, исследовательские проекты компании и внешние отношения.

Также с 2013 года является советником Black Earth Farming, крупнейшей иностранной растениеводческой компании в России.

2011-2013 — член Совета директоров Valinor Group.

2008-2012 — советник Alpcot Agro.

2008-2012 — член Экспертного совета при Минсельхозе России по реализации государственной программы развития сельского хозяйства.

Под Одессой иностранное судно сбросило в море тонны пальмового масла: удар по экологии оценили в 65,2 млн грн (источник: портал Зерно Он-Лайн / https://www.zol.ru/)

Под Одессой иностранное судно нанесло миллионный вред экологии Украины, загрязнив морские воды. Сейчас одного из членов экипажа уже поймала Служба безопасности Украины.

Об этом APnews пишет со ссылкой на пресс-службу органа.

По материалам следствия, в конце апреля прошлого года в акватории морского порта «Южный» с иностранного судна произошел сброс пальмового масла в воду. В связи с нарушением требований разгрузки судна, в воду попали почти 8,5 тонны загрязняющих веществ.

По подсчетам, экологии государства нанесен ущерб почти 65,2 млн грн.

В рамках уголовного производства ч. 2 ст. 243 (загрязнение моря) Уголовного кодекса Украины старшему помощнику капитана морского судна сообщено о подозрении в совершении преступления. Продолжаются следственные действия для привлечения к ответственности всех причастных лиц и возмещения причиненных государству убытков.

В Украине растут закупочные цены на рапс (источник: портал Зерно Он-Лайн / https://www.zol.ru/)

На фоне роста мировых цен на рапс и канолу, на прошлой неделе также отметился рост закупочных цен на рапс в Украине которые выросли на 1000 грн/т до уровня 18500-18800 грн/т с поставкой в порт или 595-605 $/т, что почти на 50% превышает уровни цен на начало прошлого сезона.

Высокие цены на рапс в начале сезона связаны с большим спросом со стороны ЕС и хорошим продажам трейдеров украинского рапса в Китай и даже в Канаду.

Уборка рапса в Украине задерживается из-за обильных осадков в последние два месяца, но при этом прогнозы урожая рапса повышаются и возможно даже превысят уровень прошлого сезона около 2,6 млн тон несмотря на снижения площадей сева.

Но если урожайность окажется еще выше прогнозируемой, то это может обвалить цены после старта уборки, как это уже произошло на рынке ячменя и пшеницы.

Высокий уровень цен на рапс, поддерживается высокими ценами на канолу в Канаде, где наблюдается не самые благоприятные условия для посевов особенно последние недели, когда волна жаркой погоды накрыла зону выращивания канолы, а количество осадков ограничено.

В пятницу ноябрьские фьючерсы на канолу на бирже снизились на 2,2% до 812 CAD/т или 658 $/т, но в целом за месяц выросли на 5,5%.

Статистическое бюро Канады повысило прогноз площадей сева канолы в новом сезоне на 8,2% до 22,5 млн акров, или 9,11 млн га, но из-за возможного снижения урожайности валовой сбор вырастет не так существенно.

Августовские фьючерсы на рапс на Euronext в пятницу снизились на 1,25 €/т до 536,5 €/т или 636,1 $/т, хотя в целом за неделю котировки выросли на 29,5 €/т.

Рост цен на нефть, а также восстановление котировок на пальмовое масло которые за неделю выросли на 7,6% будут оказывать поддержку котировкам на растительные масла и ценам на рапс.

Цены на подсолнечник в Украине старого и нового урожая сейчас выровнялись на один уровень около 16000-17000 грн/т с доставкой на завод, что будет также оказывать поддержку ценам на рапс от снижения после увеличения поставок по ходу уборки нового урожая.

В конце июня соевая группа возвратила часть стоимости, потерянную накануне (источник: портал Зерно Он-Лайн / https://www.zol.ru/)

После общего снижения за первые три недели июня, к концу месяцы биржевые товары соевой группы пошли на повышение и в некоторой мере отыграли потерянную стоимость. Котировки соевых бобов в начале июня упали достаточно глубоко и за последние две недели июня не возвратили даже половины потерянного. Намного лучше это получилось у котировок масла. Из потерянных примерно пятнадцати процентов масло вернула почти двенадцать. Масло удерживается на высоких позициях. Напомним, на 12 марта соевое масло находилось на ценовом пике в периоде 2020-2021 годов. К концу апреля оно превзошло этот уровень, а в мае максимумы обновились. Волатильность котировок соевого шрота наименьшая. Шрот менее других продуктов опустился в начале мая, меньше поднялся в конце периода.

В итоге всего с 18 июня по 2 июля котировки соевых бобов выросли с 13,13 до 13,99 доллара за бушель или на 6,5%, котировки шрота повысились с 379,1 до 383,3 доллара за тонну или на 2,4%, а котировки соевого масла поднялись с 0,5601 до 0,6228 доллара за фунт или на 11,9%, — передает «КазахЗерно.kz».

Динамика продуктов сои в США с 18 июня по 2 июля

Товар         Биржа Единица измерения 18 июня 25 июня   2 июня   18 июня-2 июля %
Соя бобы СВОТ Доллар/бушель 13,13 12,6975 13,99 106,5
Соевый шрот СВОТ Доллар/тонна 379,1 354,9 388,3 102,4
Соевое масло СВОТ Доллар/фунт 0,5601 0,5724 0,6228 111,9

1 фунт = 0,45359237 кг

В июне весь соевый сегмент на срочном рынке по всем трем позициям резко пошел вниз. Котировки соевых бобов упали и в мае, но за весь месяц они снизились лишь на несколько десятых долей процента, а за три недели июня потеряли более четырнадцати процентов. В гораздо меньшей степени снизились котировки соевого шрота, но они хорошо упали и в мае. В июне к общему падению присоединились котировки соевого масла, которые долго и значительными темпами до этого возрастали – в мае более чем на пять процентов. В июне они пошли вниз и каждую неделю снижались в возрастающей прогрессии с итоговым результатом в почти пятнадцать процентов.

В итоге всего с 28 мая по 18 июня котировки соевых бобов упали с 15,305 до 13,13 доллара за бушель или на 14,2%, котировки шрота опустились с 395,5 до 379,1 доллара за тонну или на 4,1%, а котировки соевого масла снизились с 0,6579 до 0,5601 доллара за фунт или на 14,9%.

Малайзия: в июне запасы пальмового масла выросли до максимума за 9 месяцев (источник: портал АПК-Информ / https://www.apk-inform.com/)

Согласно результатам исследования Reuters, по итогам июня запасы пальмового масла в Малайзии продолжили повышаться четвертый месяц подряд и достигли максимального показателя за последние 9 месяцев, сообщает The Edge Market.

Как уточняется, запасы продукта выросли на 7,5% в месяц - до 1,69 млн тонн.

Объем производства пальмового масла в стране в июне также повысился – на 7%, до 1,68 млн тонн. При этом ожидается, что в июле производство продукта продолжит повышаться, несмотря на дефицит рабочей силы из-за пандемии COVID-19.

Что касается экспорта, то объем отгрузок пальмового масла из Малайзии в июне вырос на 10% в сравнении с уровнем предыдущего месяца - до 1,39 млн тонн. При этом ожидается, что в июле повышательная динамика в экспорте продукта будет сохраняться на фоне изменения Индией пошлин при импорте пальмового масла.